Вместо  послесловия

«Граница Шамбалы»

Это редкое сооружение — многотонный обломок скалы на двухметровой ледяной колонне — обнаружила в Гималаях международная группа альпинистов. Спортсмены поспешили сфотографировать уникальное явление, само происхождение которого вызывало немало вопросов. Как попала каменная глыба на вытянутый наподобие колонны кусок льда? И почему она не раздавила своим весом ледяное основание? Альпинисты решили, что обломок скалы отломился и упал на ледяную колонну ночью, во время лавины. Но никаких следов недавно прошедшей лавины спортсмены не обнаружили. Между тем ясно было, что явление это должно было быть весьма недолговечно: жаркое высокогорное солнце неминуемо должно было растопить кусок льда, увенчанный каменным навершием. Миновав невиданное сооружение, группа направилась на вершину. И тут началось что-то невообразимое. Несложный по всем показателям маршрут оказался будто заколдованным. Всегда безотказно служившие тросы переплетались и запутывались, сверхпрочные веревки перетирались и лопались, страховочные крюки, забитые в скалы, словно под давлением неведомой силы вылетали, как пробки. Промучившись весь день на одном месте, группа не продвинулась вперед ни на шаг. Несколько спортсменов, сорвавшись со скал, получили довольно серьезные травмы. Альпинистам ничего не оставалось больше делать, как повернуть назад. Возвращаясь на базу, спортсмены вспоминали странные обстоятельства, предшествовавшие попытке восхождения. Во время поисков проводника для похода в горы местные жители, как один, отказывались взять на себя эту роль, как только узнавали, в каком именно районе планировалось восхождение. Причина отказа была одна и та же: «Это заповедные места, там проходят границы Шамбалы. Простым смертным нельзя приближаться к священным границам!» Посмеявшись над живучестью суеверий среди тибетцев, группа отправилась на восхождение без проводника. А то, что за этим последовало, заставило спортсменов всерьез задуматься над словами местных жителей. Но главный сюрприз ждал группу впереди. Направляясь на базу, альпинисты вновь прошли мимо места, на котором утром возвышалось удивительное каменно-ледяное сооружение. Спортсменам стало не по себе: вопреки всем законам физики, под лучами палящего горного солнца ледяная колонна и не думала таять! Она стояла как сказочный монумент, сверкая в лучах солнца, а на вершине ее по-прежнему красовался обломок скалы. Этого в принципе не могло быть — и нем не менее это было... Следовательно, этот монумент был неким предупреждающим знаком — обозначением границ Шамбалы? «Заповедные места», о которых твердили европейцам местные жители, оказались недоступными незваным гостям.

«Невидимая нить»

Однако скрытость и недоступность Шамбалы для непосвященных вовсе не означает, что сотрудники Белого Братства навсегда отгородились от человечества покровом тайны и не желают поддерживать с простыми смертными никаких контактов. Напротив, в своем научно-философском учении, переданном всему миру через семью Рерихов, Учителя Шамбалы говорят о том, что всегда готовы к сотрудничеству со всеми людьми доброй воли. Но такое сотрудничество должно осуществляться не в посещении их обители всеми желающими, а в самосовершенствовании самого себя и помощи другим людям. «Множество людей стремится найти Нас. Правильно удержать таких­ путешественников. Найти Нас, прежде всего, нужно не географически, но в духе»,— говорилось в одной из книг учения Живой Этики.­

Учителя всегда утверждали, что сотрудничество с Ними возможно и доступно для всех, чье сердце и сознание открыто основному нравственному принципу Белого Братства — Общему Благу. Установить внутренний духовный контакт с Учителями Востока может любой человек доброй воли, в случае, если духовный уровень его развития позволяет это сделать.

Но под духовным сотрудничеством с Учителями Шамбалы, о котором говорится в книгах Живой Этики, предполагается отнюдь не модное в наши дни контактерство или подобные ему сомнительные психотехнические практики. Никакая магия, никакая психотехника не приведут человека к обретению духовной связи с Учителем. «Пока люди мечтают о магии, о колдовстве, о чародействе — они не Наши. Для Обители нужно лишь сердце»,—подчеркивают Учителя.

Простое сердечное, мысленное устремление к Иерархии Света, стремление разделить с Великими Учителями их работу по несению бескорыстной помощи людям — это главное, что поможет человеку обратить на себя их внимание. И если стремление к ним было искренним, а вера в существование Белого Братства незыблемой — рано или поздно кандидат в ученики получит ответ на свое обращение. «Познавший Нас уверен, что не будет отринут... Знает он, что каждая добрая мысль скрепляет связь с Нами. И без словесных выражений, но только глубоким трепетом сердца достигает Нас добрая посылка. По неопытности могут быть ненужные обращения, но гармония и преданность устанавливают истинное сотрудничество. Мы радуемся, когда достигается степень истинного сотрудничества, тогда уже малейший знак понятен»,— говорят Учителя об установлении духовной связи с ними.

Разумеется, не стоит думать, что несколько месяцев мысленного Обращения к Учителям уже позволят ученику установить с Ними постоянный телепатический контакт,— для обычного человека это невозможно. (Даже ближайшие сотрудники Белого Братства — Рерихи — смогли установить телепатическое общение с Учителями спустя много лет после первых знаков, данных им в сновидениях и видениях.) Лишь отдельные знаки и необычные сновидения подскажут ученику о том, что его мысленное обращение услышано, духовная связь между ним и Учителем начала формироваться. Но сразу же после начала ее формирования для обратившегося к Учителям наступит и период испытаний его силы духа на прочность. Потому что на обращение человека к Свету отреагируют силы не только светлые, но и противоборствующие им, темные. На пути ученичества неизбежны мелкие нападения, неприятности и помехи. Но, как говорится в Агни Йоге, пока образ Учителя живет в сердце, и волос не упадет с головы ученика.

Мысли о возможности, необходимости и огромном значении духовного сотрудничества людей с Учителями неоднократно высказываются на страницах Живой Этики:

«Если бы только люди осознали, в каком видимом и невидимом сотрудничестве они могут участвовать! Если бы люди осознали, насколько они могут преумножать силы свои в сотрудничестве с Братством. Если бы они хотя бы помыслили о сотрудничестве, которое может быть явлено в каждое мгновение. Но люди не только не приближаются мыслями к Братству, но и считают думы о Братстве смешными. Каждый может приложить свою силу в каждое мгновение, стоит только представить себе, что на высотах постоянно трудятся в помощь человечеству. Одна такая мысль уже создаст прилив энергии. Она продвинет сознание к служению человечеству. Она подскажет, что возможна любовь к человечеству. По земным условиям часто трудно представить себе возможность такой любви. Но пусть мысль о существовании Братства поможет раскрыть сердце. Тогда сотрудничество явится не как обязанность, но как радость».

 

«Урусвати жалеет людей, отвергающих Братство. Мы сожалеем о каждом, лишающем себя знания о Твердыне Мира. Если человек хранит в сердце твердое сознание, что где-то творится работа на благо человечества, он тем уже приобщается к этой спасительной мысли. Пусть она будет сначала мечтою, пусть она иногда вспыхивает, как сияние зарницы, но каждая зарница уже свидетельствует о сокровенной энергии. Не нужно, чтобы человек восставал против утверждения истины.

Каждый, произнесший слово «Брат», уже строит мост в будущее. (...)» («Надземное», 39.)

«(...)Многие, которые считают себя оккультистами, закрываются наглухо от естественных восприятий. Множество книг вводит их в заблуждение, предписывая какие-то формулы, когда-то составленные для иных целей. Мы часто предпочитаем встречать людей новых, не загроможденных неприложимыми формулами. Так обычно музыку сфер или гимны природы слышат те, кто имеет сердце, напряженное любовью. Кто требует формул о сердце, о любви, о сострадании, тот не откроет ухо для высших гармоний.

Не считайте, что Мы опрокидываем книги и труды познающих Мироздание — вовсе нет. Мы лишь жалеем, что такие познания неумело прикладываются к жизни. Наши присные не похожи на посвященных на эстраде. Кто желает приобщиться к Нашей Обители, пусть чаще беседует с сердцем и через него посылает Нам хотя бы безмолвные зовы. Иногда такие зовы называются бездумными, ибо они уже без мысли выражаются в чувстве. Граница мысли и чувства очень извилиста, но все же вы понимаете такие границы, которые как грани одного самоцвета. Только свет может отобразить такие грани, но свет сердца и будет таким явлением самоцвета.

Можно подумать, что это все очень сложно, но на деле оно укладывается в три слова — люблю Тебя, Владыка! — вот и провод к Нам. Такой провод гораздо крепче, нежели прошение — помоги мне, Владыка. Сами знаем, когда можно помочь, но легко летит помощь на крыльях любви. Она минует самые острые препятствия.

Будем взаимно любить друг друга». («Надземное», 80.)

 

 

Приложение¹

Из книги Ж. Сент-Илер «Криптограммы Востока»

(М., 1993, с. 14—49.)

 

1. Страницы сокровенной истории Владыки Будды

Начало пути

Владыка Будда действительно покинул родной город. Действительно созерцал под деревом мудрости. Действительно учил в Бенаресе. Действительно окончил Учительство Свое в Кушинагаре, но века прибавили много басен.

Владыка покинул родной город на коне в сопровождении посланного слуги. Дорога лежала на северо-запад вдоль долины реки. Две недели продолжался ускоренный путь. Когда миновали горные переходы, кончился конный путь, дальше вела охотничья тропа.

Здесь явленный слуга оставил Его, но на прощание сказал: «Брат Царевич, иди и, когда найдешь хижину охотника, передай ему этот кусок дерева». И дал Ему кусок дерева с тремя знаками.

Владыка шел семь дней по тропе. На восьмой день дошел до хижины. Дверь была открыта, и высокий старик, одетый в старую грязную поддевку, стругал дерево.

Владыка обратился с приветствиями, согласно обычаю Индии. Но охотник рассмеялся и указал на дерево. Владыка вспомнил о куске дерева и передал ему. Старик внимательно осмотрел знаки и добродушно указал на стол в хижине. Владыка понял приглашение и отведал дичь и мед. Затем старик знаками указал Владыке отдохнуть.

Когда Владыка Будда проснулся, солнце только что озарило снега. Охотника не было в хижине, но со двора раздавался стук его топора. Но вот его фигура показалась в дверях и подала Владыке питье из меда. Затем старик взял суму и копье и указал на солнце. Владыка понял, что пора в путь, и, взяв посох, вышел из хижины. Старик трижды поклонился Ему и указал следовать.

Подойдя к кустарнику, он раздвинул ветви, и обнаружилась узкая тропа. Он сделал знак Владыке следовать за ним и быстро пошел вперед, указывая на солнце. Так шли они до полудня, лес начал редеть, и стал доноситься шум реки, они вышли на берег.

Старик натянул лук и послал стрелу. Молча ждали они. Владыка снял с себя оставшиеся украшения и подал старику. Но тот указал бросить в реку.

Вот появился на другом берегу высокий человек, выдвинул челн и направился к ним. Кафтан его был оторочен мехом и лицо очень смуглое, широкое. Достигнув берега, незнакомец поклонился Владыке и пригласил его в челн.

Владыка хотел проститься с охотником, но тот незаметно исчез. Незнакомец также хранил молчание. Достигнув берега, они сели на коней и стали подыматься в гору.

Ночью достигли они предела снегов и на рассвете спустились в Обитель.

Завещанный Майтрейя

Глаза Царевича-ребенка рано открылись на чудеса мира. Ничто не ускользало от Его проникновенного внимания.

Царь сказал: «Проницательность есть венец Владыки, но крепость руки его есть его щит. Пусть укрепит руку на тетиве лука. Пусть дети знатных Кшатриев состязаются с Царевичем».

Мать-Царица прибавила: «Если проницательность есть венец Владыки и крепость руки щит его, то сияние Владыки есть милость и знание. Предпочту видеть моего потомка в окружении писавших «Веды» Дев Мудрости».

Тогда старый мудрец обратился к Царю, говоря: «Мать почитаемая, и ты, Владыка, повелите мне соединить ваши желания. Повелите представить вам ту, которую мы зовем дочерью Великого Нага. Которую мы приняли в дом свой и уже семилетие, как изумляемся ее мудростью и крепостью ее стрелы. Поистине она достойна руки, начертавшей мудрость «Вед».

«Приведи»,— указал Царь.

Мудрый советник привел молодое существо и сказал: «Майтри, пошли лучший привет нашему Царю».

Небывало было видеть семилетнюю девочку, в белом одеянии, с луком в руке и кинжалом за поясом. Убор темных волос тяжко не слушался обруча Нага, и глаза смотрели грустно и сурово.

Царь приказал: «Майтри, если ты можешь пустить стрелу, то пронзи павлина».

Майтри поклонилась Царю, сказав: «Не могу лишать животное жизни. Но позволь, Царь, пронзить яблоко на вершине яблони».

Указал Царь Майтри быть при Царевиче и много удивлялся мудрости, найденной на берегу озера.

Много лет провел Царевич с Майтри, называя ее то грозной, то сияющей, то воином, то прорицательницей мудрости Нагов. И дверь Пути открыла Майтри.

Когда же мощный Лев вернулся и рыком Истины покрыл горы, Майтри сохранила Ему лучшую ученицу и сказала: «Она прославит место трудов Твоих».

Владыка Истины сказал: «Майтри, явленный Проводник и Держатель. Ты, сокрывший мудрость свою от толпы, Ты заступишь место Мое, как Владыка Сострадания и Труда. Майтрея поведет народы к Свету, и стела подвига принесет яблоко Знания».

Сказанное так же верно, как у места прославления Учителя воздвигнется Храм Знания.

Сказанное так же верно, как ученица Благословенного отдаст имя свое Храму Знания.

Основание явления Истины закреплено трудами жизни.

Дано в Чертен Карпо.

Уход

Когда приблизилось время уйти, Благословенный сказал своей жене: «Уйдем».

И трижды сказал — через мглу ночи, под зноем полудня и в луче восхода.

Но ночью рыкали тигры. В зное выползли змеи. И наутро столпились обезьяны.

«Еще боюсь,— сказала жена,— ныне».

«Тоже на благо,— сказал Благословенный,— без зова своею поступью понесешь Учение».

И слон затрубил семь раз, оповещая срок нового свидания.

Заветы

«Хорошо, хвалю тебя, Ананда, ибо без зова идет утвердительница».

И Благословенный увидел на шарфе в Небе судьбу Света Матери Мира.

Здесь Благословенный передает: «Все для всего всегда».

«Заметь четыре Закона. Закон Вмещения, Закон Бесстрашия, Закон Близости, Закон Блага».

Избрание на подвиг

Как Будда избирал учеников на подвиг? Среди занятий, когда утомление уже овладевало учениками, Будда предлагал самый неожиданный вопрос и ждал скорейшего ответа.

Или, поставив самый простой предмет, предлагал описать его, не более чем тремя словами или не менее чем сотнею страниц.

Или, поставив ученика перед запертою дверью, спрашивал: «Чем откроешь ее?»

Или посылал музыкантов под окно и заставлял петь гимны совершенно противоположных содержаний.

Или, заметив докучливую муху, предлагал ученику повторять слова, неожиданно сказанные.

Или, проходя перед учениками, спрашивал — сколько прошел?

Или, заметив боязнь перед животными или перед явлениями природы, ставил условием побороть.

Так мощный Лев закалял клинок духа.

Любимая игра Будды с учениками

Также не надо забывать любимую игру Будды с учениками в минуту отдыха.

Учитель бросал в пространство одно слово, по которому ученики строили целую мысль.

Нет более мудрого испытания состояния сознания.

Основа учения

Люди не уясняют себе основу Учения Благословенного. Основа — дисциплина. Духовно и телесно монах общины стремился удержаться на пути. Первые годы он нес тяжелое послушание. Ему воспре­щалось убивать себя упражнениями столпника, но предписывалось вести битву единым началом духа.

Так сурово учил Будда учеников.

Воистину только в духовной битве знали они радость, потому говорится о терниях пути.

Только когда воля подвижника рождалась подобно льву и серебряная узда духа сверкала на чувствах ученика, только тогда Владыка приоткрывал завесу и давал задачу.

Затем уже, постепенно, ученик посвящался в Тайны Знания.

Отказ от собственности

Однажды ученик спросил Благословенного: «Как понять исполнение заповеди отказа от собственности? Один ученик покинул все вещи, но Учитель продолжал упрекать его в собственности. Другой оставался в окружении вещей, но не заслужил упрека».

«Чувство собственности измеряется не вещами, но мыслями. Можно иметь вещи и не быть собственником».

Будда постоянно советовал иметь возможно меньше вещей, чтобы не отдавать им слишком много времени.

Осуждение изуверам

Будда говорил браминам: «К чему привела ваша отделенность? За хлебом вы идете на общий базар и цените монеты из кошеля шудры. Ваша отделенность просто называется грабежом. И священные вещи ваши просто орудия обмана. Имущество богатого брамина не есть ли поношение Божественного Закона?

Вы считаете юг севером и север тьмою. Будет время, когда придут от полуночи и ваш свет померкнет. Даже птицы летят на север, чтобы там принести миру птенцов. Даже серые гуси знают ценность имущества на земле. Но брамин пытается набить золотом пояс свой и набрать сокровища под очагом и под порогом дома.

Брамин, ты ведешь жалкую жизнь, и конец твой будет жалким. Ты первый будешь подлежать уничтожению».

Три Архата

Три Архата неотступно просили Будду позволить им испытать чудо. Будда поместил каждого в темную комнату и запер их. После долгого времени Благословенный вызвал их и спросил о виденном ими. Каждый рассказал разные видения.

Но Будда сказал: «Теперь вы должны согласиться, что чудеса не полезны, ибо главное чудо вы не ощутили. Ибо вы могли ощутить бытие вне зримости, и это ощущение могло направить вас за пределы земли.

Но вы продолжали сознавать себя сидящими на земле, и мысли ваши притягивали к земле волны стихий. Набухание стихийных обликов вызвало потрясения в разных странах. Вы разрушили скалы и уничтожили ураганом корабли.

Вот ты видел красного зверя с пламенной короной, но огонь, извлеченный тобою из бездны, спалил дома беззащитных — иди и помоги!

Ты видел ящера с обликом девы, ты заставил волны смыть рыбацкие лодки, спеши помочь!

Вот ты видел орла летящего, и ураган снес урожай трудящихся — иди и возмести.

Где же польза ваша, Архаты? Сова в дупле полезнее провела время. Или вы трудитесь в поте лица на земле, или в минуту уединения возвышайте себя над землею. Но бессмысленное возмущение стихий пусть не будет занятием мудрого!

Истинно, перо, выпавшее из крыла маленькой птицы, производит гром на дальних мирах. Вдыхая воздух, мы приобщаемся ко всем мирам.

Мудрый идет от земли кверху, ибо миры откроют друг другу мудрость свою».

Пастух и санниязин¹

Пастух увидел человека под деревом, сидящего в размышлении. Он сел рядом и пытался задуматься, подражая человеку.

Он начал пересчитывать — своих баранов и мысленно взвешивать выгоду руна их.

Оба сидели молча. Наконец пастух спросил: «Господин, о чем думаешь ты?» Тот сказал: «О Боге».

Пастух спросил: «Знаешь ли, о чем думал я?»

«Тоже о Боге».

«Ошибаешься, о выгоде продажи руна».

«Истинно, тоже о Боге. Только Моему Богу нечего продавать, твой же Бог должен сперва сходить на базар. Но, может быть, он на пути встретит разбойника, который поможет обратиться ему к этому дереву». Так говорил Гаутама.

Сходите на базар. Удумайте скорее, чтобы вернуться.

Продавец обезьян

На корабле был продавец обезьян. На досуге он научил их подражать морякам, как те распускали паруса.

Но поднялась буря, моряки бросились убирать снасти. Обезьяны же, зная лишь, как распускать, шли следом и натягивали снасти. Корабль погиб, ибо учитель предвидел лишь ясную погоду.

Так сказал Будда, обновитель Лотоса жизни.

Притча о вопрошавшем

Дгулнор считался самым мудрым. Он имел счастье получить Учителя из Священной Подземной Страны, но он был лишен языка и правой руки.

Устремившийся ученик задал вопрос, и Учитель кивнул головой.

Ученик задал два вопроса, и Учитель дважды кивнул.

Скоро ученик задавал непрерывно вопросы, и Учитель непрерывно кивал. Три года продолжалось вопрошание, и три года кивал Учитель.

«Значит, по опыту твоему все бывает?» И Учитель не только кивнул, но и поклонился в землю и, открыв на груди одежду, показал на груди изображение Благословенного, дающего обеими руками.

Так была утверждена мудрость и было возвеличено творчество жизни.

Колесо Закона

Благословенный сказал притчу о Колесе Закона. К искусному переписчику пришел почтенный человек и поручил переписать воззвание к Богу, для чего принес достаточный пергамент.

Вслед за ним пришел человек с поручением переписать письмо, полное угроз, и дал также пергамент, торопя окончить скорее.

Чтоб угодить ему, переписчик нарушил очередь и поспешил с его поручением, причем в поспешности схватил кожу первого заказа.

Угрожавший остался очень доволен и побежал излить свою злобу.

Затем пришел первый заказчик и, смотря на пергамент, сказал: «Где кожа, данная мною?» Узнав все случившееся, он произнес: «Кожа для молитв носила благословление исполнения, тогда как кожа для угроз была лишена воздействия.

Человек неверный, нарушив закон сроков, ты лишил молитву силы, которая должна была помочь больному, но, мало того, ты привел в действие угрозы, которые полны неслыханных последствий.

Пропал труд Архата, благословившего мою кожу. Пропал труд Архата, лишившего зло силы.

Ты выпустил в мир злобное проклятие, и неизбежно оно вернется к тебе. Ты столкнул с пути Колесо Закона, и оно не будет вести тебя, но пересечет путь твой».

Не пишите законы на мертвой коже, которую первый вор унесет.

Несите законы в духе, и дыхание Блага понесет перед вами Колесо Закона, облегчая ваш путь.

Неверность переписчика может вовлечь целый мир в бедствие.

Черта необходимости

Отчего началось различие между Буддою и Девадатою?

Девадата спросил: «С чего начинать каждое действие?»

Благословенный отвечал: «С самого необходимого, ибо каждое мгновение имеет свою необходимость, и это называется справедливостью действия».

Девадата настаивал: «Как возникает очевидность необходимости?»

Благословенный отвечал: «Нить необходимости проходит через все миры. Но понявший ее останется в опасном ущелье и не защищенном от камней».

Так не мог Девадата отличить черту необходимости, и эта тьма заслонила путь ему.

Искатель Будды

Один чистый человек хотел увидеть Будду, удерживая свое внимание на самых разнообразных предметах. Руки его не хватали мудрые образы, и глаза его не пронзали предметы почитания — явление не приходило.

Наконец, преклонившись в молитве, искатель почуял, как на лоб ему спустилась нить паутины. Он отбросил ее, и раздался четкий голос: «Зачем прогоняешь руку Мою? Луч Мой следовал за тобою, позволь обнять тебя».

Тогда задрожал в человеке солнечный змей, и нашел он отброшенную нить. И в руках его она обратилась в сорок жемчужин, и каждая носила Лик Будды. Посреди был Камень и на нем надпись: «Отвага, отчаяние, отрада». Последователь Будды получил отраду, ибо знал пути к ней.

Познавший

К великому Познавшему пришел ученик, желавший чудес — «после чуда уверую».

Учитель печально улыбнулся и показал ему великое чудо.

Ученик воскликнул: «Теперь я согласен под Твоей рукой пройти ступени Учения!»

Но Учитель показал ему на дверь и сказал: «Теперь ты Мне больше не нужен».

Спасение человека

Благословенный сидел под струями глубокого озера. В глубине можно было рассмотреть целый мир рыб и водорослей.

Благословенный заметил, как этот мирок сходен с царскими дворами. Если туда опустится человек, он ступней сокрушит все призрачные чертоги, но сам задохнется. Из таких глубин не подымается дух человека.

«Впрочем,— улыбнулся Учитель,— на все есть средство. Можно пробить скалу и выпустить озеро. Улитки должны будут или засохнуть, или найти другое существование, но человек уже не погибнет».

Притча о царе Марагора

Благословенный дал эту притчу Нараде. «Владыка Джатаки сказал своему любимому советнику: «Знаешь ли дела царя Марагора? Слыхал ли имя его? И узнал ли действия его?»

«Даю тебе поручение: собери сто верных людей и найди находчивость обойти землю Марагора, и точно опиши мне все обычаи его. Если же встретишь самого царя, то передай ему, что я не боюсь произносить его имя».

Прошло десять лет. Возвращается советник, умудренный видом, но полный смущения. Уже не сто человек, но тысяча сопровождает его.

«Владыка, много положено мною труда, и стоит пред тобой тысяча свидетелей, но поручение Твое не исполнено. Без счета опрошено людей, и мы потеряли счет земель пройденных. Скажу Тебе, Владыка, самое необычайное — царь Марагора не существует, и нет злых обычаев его».

«Добро,— сказал Владыка,— можешь поклясться в словах твоих?» — «Перед тобою тысяча и одна клятва».

«Тогда возьми свидетелей и обойди все площади и храмы, и объяви, и напиши на столбах то, что утверждаешь.

Сын мой, ты исполнил Мое поручение. Ты трудами своими поразил зверя тьмы. Призрак ужаса рассеялся, и никто не боится то, что знают.

Марагор явлен ужасом человечества и разрушен трудами отваги и преданности. Будь Моим сыном, разрушитель мрака!»

Наставления правителю Раджагрихи

Однажды Благословенный посетил правителя Раджагрихи. Правитель обратил внимание на чистоту своего приемного покоя. Но Благословенный сказал: «Покажи лучшую чистоту опочивальни, умывальни и очага. Приемный покой осквернен многими недостойными, но там, где творится сознание твое, там пусть будет чисто».

И сказал Благословенный: «Нужно различать понимающих и соглашающихся. Понявший Учение не замедлит применить его к жизни. Согласившийся будет кивать головой и превозносить Учение как замечательную мудрость, но не применит эту мудрость в жизни.

Согласившихся много, но они, как сухой лес, бесплодны и без тени, только тление ожидает их. Понявших мало, но они, как губка, впитывают драгоценное знание и готовы драгоценной влагой омыть скверны мира.

Понявший не может не применить Учение, ибо, понимая целесообразность, он получает его как исход жизни.

Не теряйте времени на согласившихся, пусть сперва покажут применение первого зова».

Так приписывают Благословенному целесообразное отношение к приходящим.

 

2. Из жизни Христа

Звезда

Что это за Звезда, которая вела магов? Конечно, это Указ Братства, чтоб приветствовать Иисуса и сохранить, и передать бедной семье некоторые средства.

По лицу земли, не зная точного места, мы шли. Указы Терафима вели изо дня в день. Когда мы слышали — «близко», именно тогда мы теряли всякие признаки жилья.

Можно ли ожидать чудо неслыханного Провозвестия среди верблюжьих отбросов и ревущих ослов? Мышление человеческое пыталось поместить будущего Пророка хотя бы около храма или среди величественных стен.

Мы получили Указ остановиться на бедном постоялом дворе. В низком помещении, обмазанном глиною, мы остановились на ночь. Костер и маленькая масляная лампа наполняли комнату красным светом.

После ужина мы заметили, что служанка сливает остатки молока в отдельную амфору. Сказали ей: «Не годится сохранять это». Она же сказала: «Не для тебя, Господин, но для бедной женщины. Здесь, за стеною, живет плотник, у него недавно родился сын!»

Потушив огонь, мы возложили руки и спросили: «Куда нам идти дальше?» Было сказано: «Ближе близкого, ниже низкого, выше высокого». Не поняв смысла, мы просили Указа. Но было сказано только: «Пусть уши слышат».

И сидели мы в темноте и в безмолвии. И услышали, как заплакал ребенок где-то за стеной. Мы стали замечать направление плача и услышали материнскую песенку, которую можно часто услышать в доме землепашца. Она значит: «Пусть люди считают тебя пахарем, но я знаю, сынок, что ты царь. Кто же, кроме тебя, возрастит зерно самое тучное? Позовет Владыка сынка моего и скажет: «Только твое зерно украсит пир Мой. Сядь со мною, царь лучших зерен!» Когда мы услышали эту песенку, три удара раздались в потолок. Мы сказали: «Мы утром пойдем туда».

Перед рассветом мы надели лучшие одежды и просили служанку провести нас по направлению плача. Она сказала: «Господин хочет посетить семью плотника, лучше я проведу вас кругом, потому что здесь надо пройти через загон скота». Помня Указ, мы избрали краткий путь.

Вот за яслями маленькое жилище, прислоненное к скале. Вот у очага женщина и на руках — Он! Какие же были знаки при этом? Он протянул к нам ручку, и на ладони был красный знак. На этот знак мы положили лучшую жемчужину из привезенных нами.

Передав ценности и священные предметы, мы предупредили мать о необходимости странствий. И немедленно отправились обратно, выйдя через тот же загон скота.

Позади мать сказала: «Видишь, сынок, ты царь. Этот алмаз поставь на лоб коня своего».

Мы ушли, помня знак красной звезды на ладони. Тогда же было сказано помнить время красной звезды на лбу воина.

Хождение Христа

Так начнем описание его жизни, чтобы неизвращенное слово было записано на земле.

Тридцать лет ходил Он, повторяя, чтоб отдать тем, кто не примет. Учение Будды, Зороастра и старые сказания Вед узнавал Он на скрещениях путей.

Увидя чистые глаза, Он спрашивал — что знаете о Боге?

Через перевоз рек поджидал Он путников, спрашивал — не ты ли несешь для Меня? Ибо должен был земными ногами пройти и человеческими словами спросить.

Когда Ему говорили о знаках звезд, Он хотел знать решение, но азбука Его не привлекала. «Не тем люди живут. Как могу прекратить губительную бурю? Как могу открыть небо людям?»

«Почему они оторваны от Бытия вечного, которому принадлежат?»

Такое Учение сущности затмевало магические приемы. Ибо вместо покорения малых духов природы, Он мечом духа своего разрубал все препятствия. Учение Его устремляло людей к возможности духа. Потому волхвов не было около Него, но лишь по звездам знали о Нем.

Мы знали многое. Он же мог все. Послужить Его Учению решили мы тогда.

Приход Христа

Надо помнить день конца самого безрадостного приношения. Христос, который только давал, не приняв ничего. Эта решимость с ранних лет провела Его через распаленную пустыню, и ноги Его горели так же, как у простого погонщика.

Мы ждали Его, но, как бывает всегда, минута Его прихода была неожиданна. Мне подвели коня, и собирался я проститься с семьей, когда слуга заметил оборванного путника. Его длинное лицо было бледно, и волосы были спущены узкими прядями ниже плеч. И только серый холст покрывал Его тело. Даже тыквы для питья я не заметил.

Но жена первая пошла Ему навстречу, и, когда после я спросил, почему она устремилась, она сказала: «Как звезда загорелась в моей груди, и жар до боли брызнул жилками от нее». Ибо ходил высоко путник, когда подошел к шатру. И я понял, Кто пришел.

После пустыни принял Он лишь маисовый хлеб и чашу воды. И спросил коротко: «Когда пойдем?»

Я ответил: «Когда Звезда позволит». И мы ждали знака Звезды, и молчал Он, только говоря: «Когда?» И, наблюдая звезды, я сказал: «В рыбах кровь». Он только кивнул головой.

Так ждали мы три года каждый день, и свет Звезды над нами сиял.

Мне помнится, Он говорил очень мало о видении Света, когда маленький Мальчик принес Ему меч, и как Свет радугой лился перед Ним и беззвучно голос посылал Его идти.

Мне также указано было проводить Его, куда я сам не мог еще войти.

На белом верблюде выехали мы ночью и ночными переходами дошли до Лагора, где нашли, казалось, ждавшего нас последователя Будды.

Никогда я не видел такой решимости, ибо были в пути три года. И три года пробыл Он там, куда я не мог войти.

Мы ждали Его и провели до Иордана. Так же белый холст покрывал Его, и так же одиноко пошел Он под утренним солнцем. Над Ним была радуга.

Знаки Христа

Звезда Алахабада указала путь. И так мы посетили Сарнат и Гайю. Везде нашли поношение религий. На обратном пути в полнолуние произошло памятное изречение Христа.

Во время ночного перехода Проводник потерял путь. Я нашел после поисков Христа, сидящего на песчаном холме и смотрящего на пески, залитые луною.

Я сказал: «Мы потеряли путь, надо дождаться звездного положения».

«Рассул М., что нам путь, когда вся земля ждет нас!» Взяв бамбуковую трость, Он очертил квадрат вокруг отпечатка Его следа, прибавив: «Истинно говорю — ногою человеческою». Потом, отпечатав ладонь, также заключил ее в квадрат. «Истинно рукой человеческою». Между квадратами Он начертал подобие колонны и покрыл как бы полусферой.

Он говорил: «О, как Оум проникает в сознание человеческое! Вот Я сделал пестик и над ним дугу и заложил основание на четыре стороны. Когда ногами человеческими и руками человеческими будет построен храм, где процветет заложенный Мною пестик, пусть Моим путем пройдут строители. Почему ждем пути, когда он перед нами?» И, встав, тростью смешал начертанное.

«Когда имя Христа произнесено будет, тогда выступит начертание. Запомнив Мое созвездие, квадрат и девять звезд засияют над Храмом. Знаки ступни и руки будут начертаны над камнем краеугольным». Так это Сам сказал накануне новолуния.

Жар пустыни был велик.

Рассказ Марии Магдалины

Вы знаете мой образ жизни, когда по ночам нас знали и днем отворачивались. Также и к Христу по ночам ходили и днем лица отвращали. Мне подумалось — вот я самая низкая и меня стыдятся при солнце, но самого высокого Пророка также днем избегают. Так самое низкое и самое высокое одинаково избегаются.

И вот решила я найти Его и днем протянуть Ему руку. Одела свой лучший химат и ожерелье из Смирны и надушила волосы, так пошла, чтобы сказать народу: «При свете солнца избегаемые тобою низкое и высокое встречаются».

И когда увидела Его, сидящего посреди рыбаков, только холстиной покрытого, осталась через улицу и подойти не могла. Между нами проходили люди, одинаково избегая нас.

Так была решена моя жизнь, ибо Он сказал ученику самому любимому: «Возьми щепоть пыли и отнеси этой женщине, чтобы было на что променять ее ожерелье. Воистину в этой золе больше света, нежели в ее камнях. Ибо из золы могу создать камень, но из камня — только пыль».

Остальное вы уже знаете, ибо Он не осудил меня, но лишь взвесил мои цепи, и цепи позора разлетелись пылью.

Просто решал, никогда не затруднялся послать самый простой предмет, решавший всю жизнь. До этих посылок Он дотрагивался, как бы одухотворяя их.

Путь Его был пуст, ибо народ, получив от Него дар, поспешно разбегался. И желал Он возложить руки, и пусто было.

Фурии срама неслись за Ним и притворно махали ветвями, когда Он уже был осужден. Цена разбойника явилась достойной толпы.

Разбил цепи воистину, ибо дал знание, не приняв мзды.

Книжники

Уже месяц настал. Христос сидел на пороге. Проходил книжник и спросил: «Почему сидишь на прохожем месте?»

Отвечал Христос: «Ибо Я порог к духу. Если хочешь пройти, пройди через меня».

Новый книжник спросил: «Правда ли, что Сын Давида сидит на псином месте?»

Христос отвечал: «Истинно, поносишь Давида, Отца Моего».

Стало темно и третий книжник спросил: «Что сидишь, точно боишься дома своего?»

Христос отвечал: «Жду, чтобы тьма ночная освободила Меня от лица твоего. Истинно, тьма во тьму уйди».

Потом встал и указал на гору Мориа, где стоял Храм. «Мой дед создал каменный Храм, но сидит под холстиною шатра».

Сказал книжник: «Безумец, Соломона живым почитает». И пошли в незнании.

После вышла Мария из Дома и, увидев Христа, сказала: «Раздели, Учитель, вечерю нашу».

Христос ответил: «Дар сердца сияет во тьме».

Вопросы Синедриона

Спрашивал Христа член Синедриона: «Почему не признаешь нас, если даже отца Твоего бракосочетал наш член?»

«Подождите, пока развалится дом ваш, тогда Мы придем».

«Зачем придете, разрушать или сложить?»

«Не разрушение и не сложение, но очищение, ибо не обращусь к старому пепелищу».

«Как же ты не уважаешь праотцев своих!»

«Новые сосуды подают на пир. Уважая деда, не пьют из его чаши».

Глаза — открытые раны

Показали Христу Изображение из дальней страны. На ладонях и на ступнях было видно изображение раскрытого глаза.

Спросили: «Суеверие ли это? Можно ли видеть рукой или ступней?»

Учитель сказал: «Истинно, научаемся видеть рукою и ногою. Будет ли знать сущность недвижный? Как сложится убеждение наше, если не приложим руки? Дух наш на земле переносится ступнями».

Учитель добавил: «Мудрые люди дали это изображение, чтобы напомнить о сущности вещей».

И еще добавил: «Не похожи ли эти глаза на открытые раны? Истинно, истинно — через раны приходит Свет!»

(...)

4. Аполлоний Тианский

Посещение Аполлонием Тианским Севера Индии

Сохранившийся рассказ о его жизни содержит повествование о посещении им Севера Индии. Дается подробное описание городов, мест и жителей, но совершенно упущен внутренний смысл его поездки. Правда, Аполлоний Тианский был известен как любитель долгих странствований, но это плохо объясняет его поездку.

Еще будучи молодым человеком, он слышал от одного ценителя и собирателя необыкновенных историй о существовании Обители Братства. Тогда он мало обратил внимания, но со временем, когда ему пришлось многое узнать и много увидеть, он вспомнил и в тайне духа решил посетить Север Индии.

У него был друг, большой ученый и принявший многие степени посвящения, к нему обратился Аполлоний за советом. Старец задумался и обещал узнать.

И вот через год пришел ответ. Старец обратился к Аполлонию: «Друг мой, воистину счастье с тобою. Мне пишут, ты можешь собираться в путь. В Кашмире ты встретишь одного моего друга, считаю, он может дать тебе необходимые указания. И так, собирайся в путь».

Путь Аполлония был долог. На пути встречались разные люди. Один из встречных, как бы отгадывая намерение Аполлония, сказал: «Могу быть тебе полезным. Лицо, к которому направляешься, мне знакомо. Прошу тебя воспользоваться моим домом, когда достигнешь древней Гандары». И встречный подал Аполлонию хранительницу даров. Аполлоний так и не узнал имени незнакомца.

Достигнув Таксила, Аполлоний нашел дом незнакомца и, подойдя к двери, ударил молотом. Дверь открылась, и молодой индус пригласил Аполлония войти. Тут только Аполлоний вспомнил, что не знает имени владельца дома. Привратник, видимо, ждал. Аполлоний, чтоб объяснить свой приход, показал хранильницу даров. Привратник сделал знак рукой и провел Аполлония в комнату, где стоял стол и два кресла.

Через некоторое время дверь открылась, и в комнату вошел высокий человек. На нем был кафтан и знаки достоинства конного начальника.

Новопришедший назвался братом незнакомца и, как бы зная, зачем пришел Аполлоний, сказал: «Мои люди завтра проводят тебя».

Наутро Аполлоний увидел на дворе несколько воинов и коней. Тронулись в путь и спешно доехали до Северных гор.

Здесь воины оставили Аполлония.

Уход Аполлония Тианского

В жизнеописании Аполлония из Тианы искажено слово об уходе его. Но имеется свидетельство ученика Калликрата о последнем хождении Учителя.

Аполлоний начал слышать голоса, зовущие его опять к тем берегам, где он уже побывал с пользою для духа. Взяв с собою ученика Калликрата, Учитель, не говоря о цели своего пути, немедленно отплыл.­

Когда же прибыли к пещере, где Великий Учитель давал посвящение Архатам, навстречу им вышел высокий Старец и долго беседовал с Аполлонием. Калликрат услышал лишь последние слова Старца: «Если ты решил принять чашу Апологета Учения, то не медли».

Аполлоний, когда Старец скрылся в глубине пещеры, указал Калликрату спешно собрать достаточное количество благовонных деревьев и сложить в пещере подобие высокого ложа. Также указал, когда Калликрат услышит голос под сводом пещеры, зажечь, не оглядываясь, дерево, и может спешить к берегам Греции, забыв о происшедшем. Затем Учитель погрузился как бы в сон.

Калликрат сидел неподвижно, поддерживая огонь до глубокой ночи, когда высоко под сводом раздался необычно звучный голос Учителя: «И так я не умер, но иду принять чашу Апологета».

Тогда Калликрат исполнил все указанное и завещал положить свидетельство с собою в гробницу.

 

5. Из жизни Сергия Радонежского

Провозвестие Владычицы

Пришло время указать главное о сияющем видении Владычицы. Неужели великое предуказанное видение было молчаливо? Неужели потрясение духа и седина волос не были следствием Провозвестия?

Владычица сказала: «Придет время Мое, когда небесное Светило Мое к земле устремится, и тогда придешь ты исполнить волю сроков.

И ненавистные будут спасителями, и побежденный будет вести победивших. И три корня, разделенные проклятием, срастутся любовью, и вести их будет посланный не из их племени. До срока проклянут татар и евреев, и они проклянут Землю Русскую.

Когда же твои кости будут преданы уничтожению, трем проклятиям исполнится срок. И невидимо видимый станет у престола, облеченный Венцами и Перстнем. И где приложишь Перстень, там будет Рука Моя и Владыки».

Наставление Сергия

«Иже успеет услышать своего духа голос, над бездною вознесется,— так говорил Сергий.— И ушедший в леса не может слышать речь людскую. И на ложе уснувший не услышит птичек — солнца возвестников. И чуду явленному молчащий откажется от глаза. И молчащий на брата помощь занозу из ноги своей не вынет».

Так говорил Сергий.

К Сергию пришел Святитель Алексей с вопросом — что делать?

Сергий ответил: «Помоги Земле Русской».

Когда Сергия спросили крестьяне — что делать? — он ответил: «Помогите Земле Русской».

Когда Минин обратился к Сергию, тогда пришел ответ: «Помоги Земле Русской!»

Труды Сергия

Вот уже борода седая. Вот уже Дух Пламенный в сослужении. Вот уже Князь поклонился, но стоит возу с хлебом запоздать, и братия возлюбленная не верит ни на час.

Стоит временно оскудеть кошелю, и братия, достойная и избранная, готова променять чудесную Благодать на чужой грош. Еще скажут — «что-то Угодники твои оскудели».

И днем и ночью нужна не Благодать, а благоденствие тела.

Говорили о Сергии, что Игумен часто глухою ночью обходил кельи, и, находя спящих, он шел дальше, не тревожа. Может быть, он надеялся найти бодрствующего.

Предвидение Сергия

Также Сергий говорил иногда о Белой Горе, но никогда не указывал место ее.

Когда кто-то стучался неожиданно, братия говорила: «Не Игумен ли?»

Сергий говорил: «На Белой Горе живут разные твари. Когда им нужно, о двух головах и о пяти ногах. На наших на похожи. Сани там без коней, и для скорости могут летать».

6. Акбар Великий

Серебряный вестник

Под деревом Акбар имел видение. Серебряный вестник неожиданно предстал и сказал: «Вот видишь Меня в первый и в последний раз, будто Меня не бывало. Будешь строить Царство и в нем Храм будущий. И как Владыка пройдешь поле жизни, неся в духе Храм будущий.

Поистине, долго ты пребывал на пути с Господом. Нужно окончить земную пяту. И голоса Моего не услышишь, и Света Моего не увидишь, и готовность сохранишь идти путем Божеским.

Но когда придет час открыть следующие Врата, то жена твоя, данная Господом, услышит стук Мой и скажет: «Он у ворот». Ты же увидишь Меня, лишь перейдя черту. Но когда жена вступит на последний путь, она увидит тебя в образе Моем.

Ты же будь земной царь и землевладелец потом. Ты же, кончая путь, обойди поле сада твоего. Каждый, уходя, не оставит крохи на столе пира. Обойди все тропинки засохшие и помни, чем ближе, тем дальше.

Сначала в грозе, потом в вихре, потом в молчании». И потом Вестник загорелся серебром и листья дерева стали прозрачными и радужными. И после затрепетал воздух, и все пришло в обычный вид.

Акбар больше никогда ничего не видел. Когда же пришел час освобождения, оба радовались, ибо еще один срок приблизился. И срок правильный, ибо могилы не существует.

Помощь неба

Утвердился Владыка, что помощь Неба придет в каждый трудный час. Вот настало время объявить войну властителям Голконды, и затруднился Владыка решением. Блуждал глаз Владыки по полю и видит: муравей несет огромную ношу, и долго мучился муравей.

Наконец Акбар воскликнул: «К чему затруднять себя тяжестью Голконды!» И приказал остановить приготовления к походу.

Другой раз присутствовал Владыка в собрании суда и хотел присоединиться к приговору, но внимание его было привлечено трепетанием бабочки, бившейся у окна. И забыл сложившееся уже слово, и подумал: пусть исполнят долг судьи, сказав: «Сегодня я лишь гость здесь».

И приговор был справедливо милосерден.

Покушались враги на жизнь Акбара. Убийца уже стоял за деревом сада, когда Владыка совершал один прогулку. Черная змея переползла дорожку, и Владыка повернулся позвать слугу. В поисках змеи нашли убийцу за деревом.

Сказал Владыка: «Помощь Неба ползает по земле. Пусть лишь глаз и ухо открыты».

Полководцы

О двух полководцах Акбара. Один получал пространные указания, другой — лишь самые отрывочные. Наконец, второй обратился к Акбару, говоря: «Чем я не заслужил пространных указаний, когда столько побед принес?»

Акбар отвечал: «Твоя понятливость удержала поток слов. Пусть каждое мгновение, тобою сохраненное, отмечено будет лучшею жемчужиной».

Потому велика радость тех, кто может понять, сохраняя напиток Источника.

Прибавим о третьем. Он спросил: «Почему поздно или слишком рано порицается одинаково?»

Акбар сказал: «Друг мой, нет одинаковых величин. Потому, если преждевременность заключает в себе находчивость, то ее цена лучше, ибо запоздалость соединена лишь со смертью. Преждевременность судима, запоздалость уже осуждена».

Стесненный и угрожаемый, Акбар говорил своим вождям: «Чем менее волнуется вещество, тем яснее отражение вершин».

После смотра войска Акбар сказал: «Четвертая часть сделана. Видел сытых людей, остальное увидим после дня зноя, после дня дождя, после бессонной ночи».

Враги

Акбар, названный Великим, очень бережно относился к врагам. Любимый советник вел список врагов. Акбар часто осведомлялся, не появилось ли в списке какое-либо достойное имя.

«Когда увижу достойного человека, пошлю привет переодетому другу».

И еще говорил Акбар: «Счастлив, ибо мог прилагать в жизни священное Учение, мог дать довольство народу и был оттенен большими врагами».

Так говорил Акбар, зная ценность врагам.

Среди вражеских ударов Акбар был спрошен — откуда столько нападений?

Акбap отвечал: «Дайте и врагам минуту занятия».

Видимый невидимо

Придворный историк Акбара однажды сказал Правителю: «Среди Правителей наблюдаю неразрешимое явление. Одни Владыки держались недоступно, вдали от народа, их свергали за ненужностью. Другие входили в жизнь каждого дня, к ним привыкали и свергали за обычность».

Акбар улыбнулся: «Значит, Правитель должен оставаться невидимым, входя и направляя все действия».

Так решил мудрый Правитель и предсказал будущее. Видимый невидимо!

 

 

Из книг Агни Йоги. («Надземное». М., 1984.)

 

«§146. Урусвати имеет записи о некоторых днях Великого Путника. Она сохранила в памяти Облик Его. Великий Путник избрал стремительный подвиг и поразительное завершение. Почитая Его, люди мало ценят, что Он обращался к народу и положил основание переоценке женщины. Во всех древних апокрифах находим отдельные­ черты, сохраненные верными почитателями. Было бы ошибкой отвергать так называемые апокрифы. Кто может утверждать, что они ложны? Они могут быть отрывочны и разновременны, но основаны они на преданиях дружественных. Это качество тоже мало оценивается. Казалось бы, недоброжелатели должны наклеветать, но прекрасный облик Великого Путника остался светлым. Все заблуждения последователей не коснулись Путника Великого. Так мы можем приближаться к высшим Обликам, и никому не запрещается подражать Им достойно.

Надо отметить, что главное Учение было дано Им в тонком теле, и такое завершение вполне соответствовало блестящему заявлению Истины. Мудро дал Он простое слово народу об основах жизни. Лишь малому числу можно было доверить поучения Тонкого Мира, ибо, по обычаю, Учение давалось устно. И в апокрифах не отразились последние наставления, они касались силы мысли и не могли быть поняты народом. Учитель знает, что по неразумию может быть обращено во вред.

Проявление в тонком теле составило заключительную часть подвига. Без всякого отдыха было продолжено Учение. В малых намеках можно видеть, что даже истинные ученики трепетали от такого мощного явления. В одном из апокрифов упоминается об упавших мертвыми или замертво, то и другое могло произойти. Но главное явление имело поразительное следствие. Учение осталось, и никакие извращения не могли затемнить его.

Не беда, что люди нагромоздили около Прекрасного Облика свои неуклюжие приношения. Существующие Изображения не походят на самого Великого Путника. Спросят — почему же не выправлено Его Изображение? Но почти все изображения не отвечают сходству. Наиболее сокровенные Изображения не выдаются широко. Существует и причина тому, люди обычно предпочитают Облик, сложенный ими самими. Также люди не признали бы и обстановку жизни Великого Путника. Не поверили бы, что он трудился усиленно и знал не одно мастерство. В Его стране можно найти гончарные изделия Его рук. Они являются целительными талисманами. Но кто знает о таких добрых знаках? По пути Великого Путника много добрых знаков.

 

§147. Урусвати помнит поразительные черты Великого Путника: глаза, лоб и светлые русые волосы. Так необычны были эти черты среди местного населения, что они порождали нелепые россказни. Но нужно помнить, что люди все поразительное пытаются извратить в нелепость.

Мало знает история о Матери Великого Путника, которая была не менее великой, нежели Сын. Матерь была из великого рода и собрала в себе утонченность и возвышенность духа. Она прибегла к первому пути, чтобы обезопасить ребенка. Она заложила в Сына первые высшие думы и всегда была оплотом подвига. Она знала несколько наречий и тем облегчила путь Сыну. Она не только не препятствовала хождениям дальним, но собирала все нужное для облегчения странствий. Она пела колыбельную песнь, в которой провидела все чудесное будущее. Она обращала внимание на народ и знала, что он может сохранить сокровище Учения. Она поняла величие завершения и ободряла даже мужей, впавших в малодушие и отречение. Она была готова пережить тот же подвиг, и Ей Сын поведал решение свое, укрепленное Заветами Учителей. Именно Матерь знала о тайне хождений. Не нужно признавать местные обычаи, чтобы понять основание жизни великой Матери. Не обычаи, но утверждение будущего вело волю Матери. О ней поистине мало известно, но, говоря о Великом Путнике, прежде всего следует сказать о Той, которая незримо вела Его по высотам.

(...)

§149. Урусвати помнит Великого Путника. Среди пустыни Аравийской Он был в одиночестве, но в шатре Шейха нашел друзей и пособников. Часто Он оставался один. Не следует думать, что странствие Его протекало всегда в богатых караванах. Также не забудем, что, облекшись в земную оболочку, каждый становится в условия плотного мира. Такое обстоятельство обычно упускается из вида, и предполагается, что Наши Братья, идущие в мир, будут в каких-то неестественных условиях. Естество есть законом ограниченное состояние. Каждый из Нас знает это и сознательно избирает путь.

Не невозможно, что Путник встретит и темных на пути. Не думайте, что сказанное о встрече Великого Путника с Князем тьмы есть вымысел или символ. Урусвати может подтвердить, как она видела не однажды разных темных сущностей до иерофанта зла включительно. Казалось бы, в чем же разница таких нападений от обычных натисков тьмы? Разница велика, ибо Наши Братья не страшатся этих нападений и тем не могут быть повреждены. Так, Великий Путник видел нередко ужасные облики, но не убоялся.

Многие не поймут, почему такой Великий Дух должен видеть несовершенных темных сущностей. Но сила магнита влечет и темных. Они мечтают хотя бы чем-нибудь смутить и повредить. Даже малейшее сомнение не позволит ходить по воде и по огню или подниматься на воздух. Упоминаю это, ибо Великий Путник мог успешно и ходить по воде и подниматься на воздух. Главное условие было в том, что в Нем не было никакого сомнения.

Твердо Он шел, ибо решил в сердце подвиг. Уже был предуказан подвиг, но его нужно было принять всем сердцем, без сомнения и без сожаления. Такое неуклонное движение не поддерживалось никем из окружающих, кроме Матери. Но Ее водительство заменяло Путнику все трудные страдания. Нужно запомнить эти черты жизни Великого Путника, чтобы проникнуться величием Его подвига.

 

§150. Урусвати знает, что Великий Путник направлял сознание человеческое к Наивысшему. Он понимал, как люди еще не могли мыслить срединным путем. Так, даже если человек пытался произнести Несказуемое, и тогда Великий предоставлял лучше обращаться к Наивысшему, нежели понизить мышление. Нужно понять, как Великий учил народ молиться в сердце, на горе, среди горнего вдохновения.

Невозможно объять всю глубину проповеди Великого, ибо в самых простых словах Он давал наставления всей сущности жизни. Именно ценность Его подвига была в простоте. Эта простота не была измышлена для народа, но красота была в том, что высочайшее выражалось наипростейшими словами. Нужно постоянно обращать сложное в простое. Только в простоте выражается добро — такова деятельность Великого Путника.

И в Тонком Мире влияние Его велико, и любит Он опускаться в низшие слои, чтобы прана Его ауры очищала темные сферы. Не думай­те, что Ему, даже Ему, легки такие нисхождения. Тем более может служить примером Его целительное прикасание к язвам страданий.­

У Нас принято посещать низшие сферы Тонкого Мира. Уявление сердца может спасти множества.

 

§151. Урусвати знает, что каждый Великий Учитель близок врачеванию и искусству. Также Великий Путник особенно выделялся этими качествами. Лишь в некоторых апокрифах можно найти отрывочные указания на советы о врачевании. Не следует думать, что несколько перечисленных чудес уже исчерпывали всю действительность. Множество врачебных целений совершалось. Они распадались на два вида — люди приходили за исцелением, или Великий Сам прикасался там, где Он видел зачаток болезни. Нередко человек не знал, почему к нему прикоснулся Прохожий. Такое действие было истинной щедростью Великого Духа, который, подобно неутомимому сеятелю, раздавал зерна добра.

Также нечасто можно найти в апокрифах слова о красоте, но, все-таки, они произносились. Учитель обращал внимание на прекрасные цветы и на сияние солнца. Также Учитель поощрял хоровое пение, ибо оно — сильнейшее средство для вибраций гармонии. Но Учитель не настаивал на этой прилагательной стороне музыки и пения. Он лишь звал к радости и вдохновению.

Среди учеников и последователей было много горя и житейских бедствий, Учитель помогал, прежде всего, поднятием духа. Лишь когда равновесие устанавливалось, Он начинал обсуждать положение. При этом Он никогда не осуждал прошлое, но устремлял к будущему. Учитель ясно видел будущее, но выдавал его лишь по сознанию. Учитель находил суровые слова там, где сознание было мертво,— так Врач и Творец совершал Свой Путь.

 

§152. (...) Люди хотят видеть Учителей в своем одеянии. Если Учитель в какой-то мере отличается от самовольного представления, то немалое сомнение возникает. Требующий не подумает, что его запрос основан на невежестве, и не может вообразить, что измышленный им облик будет пошлым. Вообще, в большинстве случаев Изображение Великих Учителей представляет безвкусие. Люди хотят, чтобы Учитель и внешне отличался от присутствующих. В таком случае присутствующие не распознали бы Великого Путника.

Он не отказывался посещать праздничные собрания и беседовал о каждодневных нуждах. Лишь немногие замечали, сколько мудрых советов давалось с улыбкой и ободрением. А улыбка Его была прекрасна. Эту задушевность даже ученики не всегда оценивали. Бывало, и осуждали, когда, по их мнению, Учитель уделял слишком большое внимание незначительному человеку. Между тем прекрасные сосуды открывались под такими улыбками. Также бывали осуждения­ за беседы с женщинами, но Учение было охранено именно женщинами. Также осуждали присутствие так называемых язычников, забывая, что Учитель пришел к людям, а не для одной секты.

Упоминаю о таких осуждениях, ибо они сделали Облик Великого Путника еще человечнее. Если бы Он не соприкоснулся с жизнью и не страдал, то и подвиг Его утерял бы свое величие. Никто не думал, какие страдания причиняли Ему соприкасания с разными беспорядочными излучениями.

Мысль о подвиге не покидала Великого Путника. Осуждение, слышанное Им, тоже привходило в несение подвига. Так проходил свой стремительный путь Великий Учитель. Мы любим вспоминать такие примеры.