Надземное т.I, 86. Урусвати знает значение великого напряжения. Мы говорим — к Нам обратитесь. Но надо подумать, как обратиться. Можно сказать — всем помышлением и всем сердцем. Сказать это легко, но сделать трудно. Обратиться всем сердцем, значит полюбить. Там, где есть истинная любовь, нет места сомнению. Даже если нечто не ясно, любящий не будет осуждать. Там, где могло зародиться осуждение, была неполная любовь.
      В дни великих потрясений не может быть полумер в чувстве. Нужно так сплотиться, чтобы не было и малейшей трещины. Враждебные силы гнездятся в трещинах. Яд поражает растрескавшиеся покровы. Наше оружие в совершенной любви. Пусть все друзья Наши наденут этот верный доспех. Не нужно утешаться, что малая заноза не опасна. И от самого малого бывают губительные нарывы. В Нашей напряженной жизни очень чувствительны трещины недоверия.
      И особенно часто Мы советуем беречь здоровье. Неужели Мы допускаем, что Наши сотрудники будут безрассудны? Вовсе нет, Мы предусматриваем нападения темных. Они особенно стараются сократить жизнь светлых тружеников. Они пользуются каждым ослаблением организма, чтобы поразить слабое место. Не следует допускать мысль, что можно потрясти Нашу помощь. Каждый неверный шаг может подвернуть ступню. Мы можем охранить, когда Нам дана возможность самими людьми. Нередко мысль недостойная пресекает нить. Часто люди посылают очень вредные мысли, даже не замечая того. Но в часы великих потрясений нужно уметь всем сердцем приобщиться к Учителю, именно идти к Учителю, зная, что Он не упустит мгновения для помощи.
      Вера есть непреложное знание. Считайте уявление доверия, как средство преуспеяния. Обычно недоверие происходит от недостаточного представления о Наших трудах. Нужно каждое положение сопоставить с мировыми обстоятельствами. Тоже нужно признать, сколько людских ошибок осложняет помощь. Люди поражают самые лучшие возможности. Мы указываем на необходимость единения, но даже три человека не могут исполнить эту просьбу. Хотя бы перед лицом опасности поспешили с единением, если не сердцем, то хотя бы разумом. Так нужно думать в дни великих потрясений.

Надземное т.I, 93. Урусвати давно предугадала, Кто есть Основоположник Братства. Можно проследить долгий ряд жизней и пребываний в Тонком Мире, но при всем разнообразии следует усмотреть одну основную задачу бытия. Также можно видеть, как разрушались земные храмы и твердыни, но идеи, их создавшие, не умирают. Они не только питают целые поколения, но даже с веками процветают прекрасно в новом понимании. Мы не придаем значения колебаниям почвы, зная, что сущность непоколебима.
      Можно сопоставить ряд воплощений и изумиться разнообразием внешности их, — то Владыка, то претерпевающий духовный Учитель, то герой, то отшельник, то водитель народов, то мудрый правитель, то монах, то философ, наконец, в Тонком Мире — врач и целитель земных народов. Длинно перечислять все прошлые жизни, но всюду было то же Служение и то же преследование. Среди Служения в Тонком Мире было больше покоя, ибо можно было пребывать в известном круге, где энергия не поглощалась бесцельно. Между тем на Земле не столько поступательная энергия, сколько оборонительная служит тягостно. Следует привыкать в течение веков к трате энергии там, где она может быть полезна. Но помните, что каждая посылка энергии с благою целью дает благое следствие.
      Нам приходилось посещать развалины бывших святилищ, Нами когда-то построенных; их много и в Египте, и в Элладе, и по всему миру. Но Мы знаем, что стены сослужили свою службу и сейчас не могут быть нужны. Тем не менее, сущность не теряет свою свежесть, — так говорим Мы, много испытавшие и много видевшие. Люди часто не понимают соотношения бывшего с будущим. Наша Обитель хранит столько примеров Служения, что можно свидетельствовать, как живы все посланные жертвы.
      Среди Наших трудов Мы не забываем всех принесших жертву прекрасную.

Надземное т.I, 94. Урусвати отлично знает, что наитруднейшее есть согласование потоков человеческой свободной воли. Нет таких катаклизмов, которые бы обратили внимание человечества на сущность творимого им. Напомним, как во время бывших великих катаклизмов оставшиеся обитатели не трудились подумать о причине случившегося. Они считали себя невинными жертвами какого-то жестокого рока. Они не улучшали сознания и, вместо очищения, начинали новые сражения безумной воли.
      Потоки воли стремительно сталкиваются, и недисциплинированное мышление наполняет пространство самыми разрушительными взрывами. Наверно, невежды опять скажут, что Мы угрожаем и запугиваем. Но пусть они обратятся к скрижалям истории. Пусть проследят бедствия человечества. Не от Небес зарождались бедствия, но от земных очагов. Люди преследуют своих же спасителей, уподобляясь музыканту, который порвал все струны перед выступлением.
      Невозможно избежать обвинений в жестокости, когда упоминаем о естественных последствиях невежества и безумия. Нет слов земных, чтобы достаточно предупредить людей не губить себя, не губить всю планету, не осквернять пространства. Нужно терпение, накопленное веками, чтобы нести спасение человечеству, зная, насколько оно будет отвергнуто и распято. Каждый день и каждый час где-то Нас поносят и отвергают Руку помощи.
      Можно представить, какие потоки безумной воли затопляют каждое движение блага! Зачем мыслить о далеких иерофантах зла, когда люди, якобы борющиеся против зла, сами увеличивают зло до максимума. Таково положение Земли. Неблагодарные сыны Земли спешат приблизить катастрофу, и каждое предупреждение принимается как оскорбление. Так мир начертал истину о Голгофе.
      Так нужно знать и эту сторону Нашей внутренней жизни. Знайте ее и трудитесь, являя понимание сущего.

Надземное т.I, 101. Урусвати понимает значение живых мертвецов. Обычно такое явление вызывает много недоумений. Люди видят, что лица, названные живыми мертвецами, продолжают ходить по Земле, и так зарождается сомнение в правильности указания. Но зачем ограничивать понятие лишь внешними физическими проявлениями? Аппарат показывает смерть, и такое указание гораздо важнее физической очевидности.
      Мы можем назвать среди должностных лиц несколько живых мертвецов, каждый из них имеет в себе и болезнь физическую, но она лишь будет привходящей причиной. Главное в том, что тонкое тело находится на выходе и иногда не входит в физическое вполне. Такие манекены уже не могут творить самостоятельно. Они идут в поводу у других, сами того не замечая. Они очень привязаны к Земле и с ужасом думают о смерти. Они чуют, что уже не вполне принадлежат к земной жизни. Обычно они так называемые материалисты, ибо боятся даже намека на продолжение жизни тонкого тела. Может быть, они страшатся взглянуть на свои собственные деяния. Так или иначе, можно различать таких живых мертвецов и понимать их как пустые оболочки. Знаю, что такие манекены весьма рассердятся, если назвать их по имени. Не будем это делать, ибо и так знаете, о ком говорю. Также знаете, кого называем пустым местом.
      Не будем считать земными мерами, но заглянем в будущее. Можно назвать безумием многие поступки, но, при сложности отношений, и джинны, и безумцы не могут быть немедленно уничтожены. Мы находимся в волнах мировых событий, невозможно резать узлы, которые могут вызвать катастрофу. Люди нередко предлагают Нам покончить с некоторыми обстоятельствами, но не подозревают, что концы таких нитей могут для них же обратиться в тенета.
      У Нас много забот. Повторяю об этом, ибо люди считают Нас румяными проповедниками с арфами на облаках.
      Пусть останется описание Наших забот и трудов.

Надземное т.I, 102. Урусвати чувствует соотношения миров. Между тем, эти границы обычно не различаемы. Миры разделяются на многие состояния и даже входят один в другой. Только чувствознание может понять границу таких группировок, но еще труднее осознать эволюцию миров. Если все живет движением, то и состояние миров не может быть без движения.
      Мы уже говорили об уплотненном астрале; с другой стороны, телесный мир постигает энергию мысли и тем значительно видоизменяет сущность плоти. Значит, между Миром Тонким и телесным, почти на глазах человечества, образуются новые состояния. Таким образом, и между Тонким и Огненным Миром начинают зарождаться новые формы. Эти звенья образуют тягу кверху. Никто не может сомневаться, что в Беспредельности такое безграничное нарастание возможно.
      Если представим себе величайшего Подвижника на Земле, то естественно он представит несравненную мощь в Тонком Мире. Соприкасание с очищенным огнем пространства повлечет его в Мир Огненный. И нет того предела, который воспрепятствовал бы восхождению неусомнившегося духа.
      Сомнение как прореха в воздушном шаре. Итак, все несется в движении в Беспредельности. Говорю это к тому, чтобы напомнить, что естественное положение человека кверху. А сомнение — не что иное, как дырявые карманы, в них алмазы не сохранить.
      Перейдем к Нашей Обители. Сомнение в ней не живет. Тяга кверху велика. Немало усилий требуется, чтобы не оторваться от Земли. Земные вериги наложены добровольно и сознательно. Жертвенность сложена из любви, и опыт прежних жизней дал любовь к страдающим. Опыт или возжжет любовь, или заострит ненависть. Но кто же первый сядет на кол ненависти? Не сам ли ненавистник?
      Любовь должна быть мудрой и действенной. На таком понимании легко споткнуться или впасть в ханжество. Лишь труд на пользу Мира даст равновесие. Труд дает и радость, и понимание Беспредельности. Он же даст и познание движения миров.
      Спросят — в чем лучшая пранаяма? Чем вырабатывается лучший ритм? Чем побеждается червь уныния? — Трудом. Лишь в труде образуется очарование совершенствования. В труде придет и огненное крещение.

Надземное т.I, 103. Урусвати знает час спешный. Не легко сочетать спешность с гармонией, умеренность с неудержимостью. Можно назвать много кажущихся противоположений, но жизнь найдет всему место. Мы должны утвердить самую деятельную основу, и чувствознание укажет ритм труда. Мир несется неудержимо, и темп труда должен поспевать за скачкою в Беспредельности.
      Мы уже говорили о тяге кверху, но может быть и вечное падение в бездну. Только труд может дать то качество, которое будет спасательным кругом. Нужно любить качество всей жизни. Малейшая утрата качества подавляет все поступательные движения. Так, вы правильно сожалеете о народах, которые позабыли о высоком качестве всей жизни. Но не будем отчаиваться, если потенциал сердца велик. Час спешный тоже поможет, ибо напрягает все силы человека.
      Не думайте, что Наша Обитель не следит за часом спешным. Не только в одном отношении выявляется такая спешность. Она идет целыми группами и может быть определена по общему напряжению. Так и теперь можно увидеть, насколько спешит сущность событий. Люди пытаются не замечать эту спешность, но такие попытки походят на шатание слепых.
      Явим понимание часу спешному.

Надземное т.I, 105. Урусвати чует, как широки могут быть земные посевы при истинном сотрудничестве. Никто не знает, как далеко может переноситься мысль человеческая в сохранном виде. Никто не может полностью уловить, какое поручение ему доверено из Тонкого Мира. Но каждому дается крупица добра, чтобы человек вокруг нее образовал свое земное испытание. Но люди не думают об этих благих частицах, ибо они не желают иметь представления о тех Высших Мирах, откуда проистекают чудесные волны добра.
      Если бы люди запомнили такие доверенные им крупицы блага, то многие злые явления уничтожились бы сами собою. Мы посылаем людям мысли о добре, им порученном, но такие посылки часто не только не воспринимаются, но и отвергаются с возмущением. Такое возмущение происходит от нежелания помнить о мирах, где земная жизнь будет лишь малой пылинкой.
      Люди не любят представлять себе, что их пышные земные нагромождения поблекнут перед мысленным творчеством Высших Миров. Из такого земного эгоизма происходит и отвергание сотрудничества. Между тем, без сотрудничества уже невозможно познание широких областей. Необходимо познать Миры Высшие. Необходимо начать мыслить о них. В таком мышлении вспомнятся и порученные крупицы блага. Припомнится в час предрассветный, как поручалось донести на Землю тонкие и прекрасные построения. Ведь каждому, готовому к воплощению, дается по силам его поручение добра. Человек может в вихре свободной воли отринуть это ценное поручение, но когда-то он вернется, чтобы подобрать рассыпанные зерна.
      Среди Наших трудов напоминания людям об их назначении являются особенно трудными. Люди даже называют Нас Незримым Правительством, но не желают последовать самому простому совету. Столько советов отвергается и подвергается осмеянию. Так поступают те, кто почитает Нас Святыми и Мудрецами.

Надземное т.I, 106. Урусвати знает, что среди тонких чувств одно из труднейших — яснослышание. Слишком много условий вторгается в такое слышание. Очень показательно, что сильные голоса или мысли могут быть окрашены одним звуком. Мысль может звучать. Это обстоятельство не воспринимается людьми. Также людям трудно усвоить, что будет звучать слово, на котором мысленно сделано ударение.
      Во время трудных токов и мысленная посылка будет подвергаться неприятным неожиданностям. Мы сейчас беседуем среди самых тяжких условий. В древности уже отмечали, что тяжкие космические периоды могут быть весьма продолжительны. Теперь же, несмотря на успехи науки, такие космические условия не признаются, остаются споры о влиянии солнечных пятен и стыдливые намеки о лунном воздействии. Последнее причисляется к области колдовства. И лишь немногие ученые дерзают напомнить о Луне в земном обиходе. И боязливо они вспоминают о забытом Учении Востока, в котором уже указано о значении Луны.
      Можно находить среди пуран много указаний научных. Урусвати уже несколько лет тому назад слышала от Нас о значении сорок второго года. Теперь этот срок дается широко народу. Конец Кали-юги надо отметить, ибо с ним связано много космических событий. По некоторым причинам этот срок был затемнен и лишь немногие догадывались, что гигантские цифры оставались как символы. Также символичны указания о Кришне, Аватаре Вишну. Вы отлично понимаете, около какого понятия вращаются эти указания. Уже теперь каждый может заметить необычное нагромождение событий. Такой Армагеддон был предсказан давно. Особенности Кали-юги были описаны в пуранах, но даже внимательные умы не останавливали свое внимание на таких ясных указаниях.
      Необычность событий мало тревожит человечество. Впрочем, смятение умов было тоже давно предсказано. Обнародование такого важного срока приносит и в Нашей Обители особо нагнетенный ритм.
      Люди жалуются: «Ни за что не могу приняться». Но такое настроение происходит от перемены ритма. Внутреннее сознание уже восприняло будущее, но механическая рутина еще цепляется за формы Кали-юги. При таком раздвоении сознания у людей, у Нас тоже нагнетается ритм труда. Над Землею висят всевозможные потрясения. Карма работает усиленно. Нужно помнить, что карма-дэв тоже не упустит часа. Так напрягается мощь перед сменою юги. Будем это знать и преисполнимся мужества.

Надземное т.I, 109. Урусвати знает, насколько бережно нужно относиться к психической энергии. Казалось бы, как может человек отмерять свое отношение к всеначальной, всенаполняющей энергии? Не будет ли гордостью почитать себя хранителем такой неизмеримой, беспредельной силы? Но тем не менее человек стоит на страже силы всеначальной. Ему вверены мерила, и он отлично знает, когда он насилует свыше дарованную благодать.
      Кто-то сравнил злоупотребление всеначальной энергией с силами спирта, который благодетелен малыми дозами при болезнях и разрушителен при злоупотреблении. Так и психическая энергия может быть благодатью, но и разрушением. Только расширенное сознание поймет, насколько можно черпать из источника энергии, не нарушая гармонии. Люди полагают, что они могут неограниченно пользоваться прекрасной энергией, но они забывают о строительных законах, которые дают возможность, но, в то же время, ограничивают.
      Сам Благословенный заповедал Путь Срединный, на котором проявляется истинная бережность к всеначальной энергии. Наша Обитель живет законом Срединного Пути. Каждый, кто желает мыслить о Нашей Обители, должен спросить себя — понимает ли он красоту Срединного Пути? Никогда разрушение и безобразие не войдут в круг Срединного Пути. Основа полагается на лучшем, на лучших, для лучшего. Так Срединный Путь ведет лучших по лучшему полю. Самый труд не выйдет за пределы гармонии и тем приблизится к основанию Тонкого Мира.
      Урусвати видела толпы Тонкого Мира. Не среди этих слоев живут Те, о Ком говорим. Но нужно знать разные слои. Нужно понимать, кем окружена Земля, так можно скорее понять, почему Мы стоим в постоянной битве.

Надземное т.I, 110. Урусвати, стремящаяся в земной жизни к распознаванию знаков трех миров, приближается к полноте бытия. Где же искать искры Огненного Мира? Неужели они могут быть различаемы среди земной пыли? Но именно в каждом земном проявлении будет искра Огненного Мира. Тем более нужно распознавать все окружающее.
      Нужно научиться воздерживаться от преждевременных выводов, которые могут оказывать губительные воздействия. Нужно понять вред нелепых осуждений, иначе можно уподобиться тому человеку, спасенному из воды, который прежде всего начал жаловаться об испорченной одежде. Много раз Мы спасали людей и получали лишь жалобы о попорченной одежде. Нередко жизнь была спасена ценою мизинца, но о нем было больше разговора, нежели о целой жизни.
      Не забудем такие знаки, которые далеки от Мира Огненного, но не оставим дело помощи и твердо напомним о хранении всех сокровищ трех миров.
      Правильно Урусвати почуяла сознание некоторых слоев Тонкого Мира. Именно беспросветная тоска подавляет их — причина лишь в неумении мыслить и воображать. Никто не учит мыслить во всей дисциплине. Никто не заботится о развитии воображения, но без этих крыльев невозможно подняться в высшие слои. Между тем, нужно убедиться, насколько прекрасно продвижение туда, где мысли царят в очищенном состоянии. Там мысль становится чувством, и земное сердце может ощущать эту творящую благодать.
      Не упустим мгновения, чтобы и в земной жизни ощутить полноту бытия. Можно называть такое состояние восторгом или одухотворением, но смысл такого состояния преображает всю жизнь.
      Так найдите каждый малейший знак в сердце и помните, что о вас трудятся и заботятся Друзья на дальних Горах.

Надземное т.I, 111. Урусвати знает, насколько многообразно Великое Служение. Обычно оно вовсе не понимается, но если допускается, то представляется в виде монастырского однообразия. Между тем, Великое Служение должно звучать на все земные нужды, и для этого служитель должен знать условия жизни. Он должен не обидеть несведущего, должен осторожно уговорить отчаявшегося, он должен понять разные области труда, чтобы умело поощрить. Так Служение должно принести пользу везде, и служитель добра найдет слово значительное указать на светлое будущее.
      Не будем думать, что такое будущее лишь майя. Особенно теперь, на пороге смены юги, мы все должны понять, что само светлое будущее возможно, но лишь зло людское может препятствовать скорейшему наступлению светлой эпохи.
      Спросят — как совместить опасность существования самой планеты с возможностью светлой эпохи? Людям дается полная возможность вступить в счастливую эпоху великих открытий. Но если свободная воля удержит их от новых продвижений, они могут создать катастрофу любого размера. Так, люди не могут жаловаться, что им не предоставлен удел прекрасный. Лишь злая воля может толкнуть народы к планетным катаклизмам. Невозможно отменить свободный выбор, полный несчетных возможностей, но люди менее всего помышляют, как применить данную свободу.
      Мы наблюдаем удивительные контрасты мышления. Ученые собираются, чтобы строить будущее, и не замечают над собою дубины дикарей. Так, Наша Обитель постоянно шлет предупреждения, но люди отмахиваются от них, не желая замечать опасности. Пусть кто-то спасет неразумных, но только не беспокоит их иллюзорных построений.
      Не легко сейчас, ибо люди не замечают разрушений и войн, которые производят смятения в Тонком Мире.

Надземное т.I, 115. Урусвати помнит, как от одного касания ее руки изменялось настроение человека. Можно заметить, что и Мы, при посылках мысли, сопровождаем их поднятием левой руки. Действительно, иногда можно присоединить и более низкий магнетизм, находящийся в кончиках пальцев. Нужно различать грубое магнетизирование от усиления мысленной посылки.
      У Нас часто можно видеть, как одни посылки происходят стоя с поднятой рукой, другие требуют спокойного положения в кресле. Причем руки бывают или скрещены на груди, или лежат на коленях, чтобы закрыть истечение магнетизма. Такие различные положения тела показывают, насколько психическая энергия соединяется с прочими телесными функциями. Теперь такие напоминания приобретают особое значение, ибо начинают изучать посылки мысли, но не наблюдают привходящие условия. На Востоке обращают внимание не только на физическое положение, но и на многие окружающие условия.
      Среди старинных записей находим многие символические выражения, но смысл их сейчас утерян. Может быть, самые древние обычаи устных поучений имели глубокое значение. Учение передавалось доверенному лицу и не требовало символических сокрытий. Между тем как условные записи могут создавать пагубные заблуждения. Тучи невежества могут сокрыть крохи выданного. Умышленное злобное утверждение может извращать даже самое очевидное. Можно представить, какие труды требуются, чтобы направить мышление на путь разумного устранения всех стыдных извращений.
      Можно видеть, как многие не понимают, насколько они [губят] свои силы, желая подорвать настроение лиц близких. Когда-нибудь будет судимо покушение на настроение. Разбитие музыкального инструмента судимо, но насколько больше должно быть обережено настроение человека. Нельзя возобновить разбитое настроение.

Надземное т.I, 118. Урусвати знает, что не мало выдано народам о Братстве и о Тонком Мире. У Нас имеются записи о всех выдачах. Когда сопоставляем сказанное, является много данных, которые в совокупности представляют показательную картину Тонкого Мира. Намеренно рассыпаны эти сведения. Можно находить их среди памятников разных народов.
      У Нас никогда не допускались насильственные навязывания и сложные изложения. Людское сознание должно подобно пчеле отовсюду собирать сведения, чтобы свободно и добровольно сложить из них свое мировоззрение. Только такая трудовая жатва подвинет самоусовершенствование.
      Многие ждут целых систем миропонимания. Такие люди хотят, чтобы их вели, как слепых, но Наш древний метод говорит: «Познай самого себя». Мы готовы щедро наделить искрами мировой мозаики, но сложить свой узор должен сам человек.
      Люди жалуются, что не находят сведений о Тонком Мире, но их рассыпано множество, стоит только обратить внимание на полки книг. Не следует полагать, что все исторические легенды измышлены для обмана. Каждый из Нас в течение многих жизней и сам являлся в тонком теле, и видел многие явления.
      Неужели, когда Я сам, в качестве врача, проявлялся из Тонкого Мира, эти целительные явления делались лишь ради обмана? Мы можем показать многие тома записи явлений, удостоверенных земными людьми. Следует издать разные наблюдения, чтобы самые неожиданные свидетели могли рассказать все необычное, испытанное ими.
      Не могут лгать все люди, различные по своим верованиям. Также о Братстве посланы многие вести, но пусть путник соберет их. И сейчас Наши слова останутся для немногих, но они произнесены и запечатлены.

Надземное т.I, 124. Урусвати видела Нашу охранительную ткань. Мы простираем незримые потоки такой светоносной ткани. Она препятствует темным нападениям. Она же охраняет Докиуд, где отдыхают Наши сотрудники перед принятием нового труда.
      Нужно понять, что Наши лучи и токи особенно благодетельны, когда они воспринимаются сознательно. Можно сказать, что польза Наших воздействий возрастает сторицею, если она воспринята в сердце.
      Люди жалуются и томятся, ибо не признают реальность Наших посылок. Постоянно можно слышать о страдании, одиночестве, но каждое Наше послание будет не принято и лишь возбудит непристойное суждение. Даже самые явные проявления Наши будут забыты и объяснены житейски. Но каждое устремление к Нам уже даст благие всходы, только нужно предоставить Нам избрать лучшие пути.
      Урусвати замечает даже краткие явления охранительной ткани, но многие даже не обратят внимания и на длительные знамения. Как же доверить им подробности Нашей внутренней жизни! Они, вместо познания, найдут лишь поводы к новым отрицаниям. Так Мы и все истинные сотрудники должны четко различать, что можно сказать с пользою. Не будем зазывать к Учению, ибо сердце не раскрытое не сможет осознать, в чем польза и где красота. Яркое понимание Учения нуждается в сердечном открытии. Пусть чаще обращаются к Нам и полюбят думу о Нашей Обители.

Надземное т.I, 126. Урусвати поощряет сотрудников выписывать из книг Учения относящееся к всеначальной энергии — правильно. Следует набирать части мозаики в целую книгу. При этом не забудем, что некоторые лица шепчут, что книги Учения говорят об одном и том же. Невежды, не читающие внимательно книги, не видят, что в каждом приближении к предмету вводится новая подробность. Нужно делать выписки последовательно, лишь тогда можно заметить обороты спирали оповещения. Пусть найдут привлекательность в нанизывании советов и указаний, при такой тщательной работе можно наблюдать за методом Нашим.
      Мы, прежде всего, указываем на возможности, но не вторгаясь в карму. Какая же будет честь исследователю, если он повторит Наши слова, не приложив своего труда?! Сознание обогащается лишь в процессе мышления. Механическое повторение не приведет к новому синтезу. Нужно наблюдать, как Мы ведем мышление, не нарушая самодеятельности. Мы указываем путь, но каждый поворот тропинки должен быть узнан.
      Наша внутренняя жизнь обусловлена определенными методами, основанными на непреложных законах. Наша Обитель может существовать лишь исполнением законов эволюции. Вы замечали, как совершенно неожиданные ученые утверждали предусмотренное в Учении. Кроме распространения Учения можно бы указать, как часто ученые получают как бы случайные импульсы. Наши мыслительные посылки летят по всему миру. Мы не скупимся и сеем в пространстве. Пространство полно разных идей. Кто-то назвал такое состояние пищеварением Беспредельности.
      Особенно нужно полюбить тщательную работу, только при ней можно знакомиться с методом Братства.

Надземное т.I, 128. Урусвати была несколько раз удержана от слишком опасных полетов. Учитель должен оберечь от слишком отважных исследований. Высшие сферы жгучи подобно солнцу, низшие слои тяжки для высокого сознания, но невозможно перелететь все слои до сожигания тела тонкого. Отделение слоев Тонкого Мира обозначено самим сознанием. Переход к высшему слою должен совершаться постепенно. Для сохранения равновесия даны Руководители, которые, подобно врачам, настаивают, чтобы переход совершался разумно. Каждое нарушение равновесия в Тонком Мире создает потрясение.
      Так и Мы в Нашей Обители храним равновесие. Оно особенно необходимо на границе плотного и Тонкого Мира, которая у Нас так ясно выражена.
      Не легко людям понять, насколько им понадобится в Тонком Мире знание, приобретенное на Земле. И не только само знание, но и восприимчивость и вмещение. Когда люди будут требовать от себя эти два качества, они тем самым будут становиться открытыми к восприятию. Такая открытость донесет до Врат Огненных.
      Такая учительная ступень не трудна тем, кто осознал и принял существование Братства. В самую трудную минуту Руководитель и охранит, и предостережет, но сделает это в самую последнюю минуту.
      Урусвати помнит тяжкие восхождения по гладкой стене и по снегу. Рука Учителя протягивалась, чтобы поддержать. Урусвати не усомнилась и преодолела.
      На примере можно напомнить сотрудникам, как происходит трудное восхождение. Нужно подумать, как и другие Собратья потрудились.
      Не может быть восхождения без труда.

Надземное т.I, 130. Урусвати знает, какие опасности окружают и Нас. Несведущие люди полагают, что Мы не можем испытывать никаких опасностей во всей Беспредельности! Конечно, в отношении земных условий Мы достаточно защищены знанием, но все относительно, и когда мысль устремляется в Беспредельность, то и меры находятся иные.
      Нужно при всех условиях сохранять чувство героизма. Только этим мерилом можно познать и продвижение в будущее. Мы делим героев на бессознательных и определенных. Те, кто знает, ради чего они трудятся и страдают, уже будут определенными героями. Не убоятся они опасностей, хотя и будут знать их истинные размеры. Среди пространственных токов, среди злобной воли, среди ужаса смелые герои живут, трудятся и творят. Герои знают, что их земная жизнь может прерваться каждое мгновение, но это знание не ослабляет напряжения. Они сознают, что в любом состоянии они продолжат подвиг. Ничто не воспрепятствует их воле проявиться среди всех сфер.
      Различие между бессознательными и определенными героями велико. Первые могут вспыхнуть ярко, но затем могут отступить, но определенные герои не отступят и продолжат путь, неся все накопленные веками пространственные познания. Они сумеют превратить познание в чувство и наполнить им свое сердце. Там, где преисполнено сердце, там совершается полет в будущее. Суровое знание опасности лишь дает герою радость.
      Говорю, чтобы указать на основную твердыню Нашей внутренней жизни. Примеры героизма можно видеть на бывших жизнях Наших Братьев. Разве не будет вам доспех трудный, но прекрасный Наша Жизнь?

Надземное т.I, 155. Урусвати знает, насколько долго помнят животные излучения своего хозяина. Если это можно наблюдать в повседневности, то насколько мощно наслаивается излучение Великого Учителя! По этому можно замечать, что Учителя, с одной стороны, закладывают магниты, но с другой, Они уничтожают свои вещи, чтобы не оставлять умышленных излучений в невежественных руках.
      Можно видеть в истории, как распылялись предметы, принадлежавшие Учителям. Например, картины Сен-Жермена остались в четырех странах: во Франции, в Англии, в Германии и в Нидерландах под разными именами. Несколько осталось в семье Ван-Ло, но большинство было уничтожено автором.
      Такая же судьба принадлежала предметам, бывшим около Великого Путника. Говорю о предметах, бывших около, ибо Он их своими не считал. Такой отказ от собственности выливался естественно, ибо Он шел стремительно.
      Немало было удивления среди учеников, когда Он хотел трудиться вместе с ними, чтобы пропитание давалось трудом. Именно такая основа применялась и другими Нашими Братьями. Один, бывший императором, любил при начале трапезы сказать: «Кажется, заработал свой хлеб». Несколько самых ревностных учеников отпали именно по причине такого постоянного труда. Знаете такой пример и на севере.
      Таким образом, нужно очень понять распределение магнитов, оставленных Великим Путником. Их немного, но места их замечательны. Он поручал ученикам относить такие магниты в дальние страны. Нужно вспомнить, как далеко проникали Его вестники. Люди не знали их, но все-таки чуяли значение таких посланников и ненавидели их, как злобствуют на все непонятное.

Надземное т.I, 160. Урусвати знает, что Великий Путник имел обычай на песке чертить различные знаки, потом сметал их. Ученики спрашивали — отчего Учитель не писал те же знаки на чем-то постоянном? Но Учитель начертил знаки на воздухе и сказал: «Вот наиболее постоянный явленный устав. Ничто не изгладит эти начертания». Так Учитель разъяснял силу мысли.
      Некоторые утверждали, что знаки пространственные сияли, как молнии. Учитель не отрицал возможность такого сияния и говорил: «Будет время, и люди познают, как передавать начертания свои на дальние расстояния». Ученики не могли понять, о чем им сказано.
      Еще говорил Учитель: «Уберегитесь от дурных мыслей. Они обратятся на вас и осядут на плечи ваши, как омерзительная проказа. Но добрые мысли вознесутся ввысь и вас вознесут. Нужно знать, насколько человек носит в себе и свет целебный, и мрак смертный».
      Еще говорил: «Мы расстаемся здесь, но можем встретиться в облачениях света. Не будем заботиться о базарах, ибо в царстве Света одежды выдаются по желанию. Не будем печаловаться, когда нас ждут с радостью лучшие друзья».
      Еще говорил: «Не будем жалеть о том, что изнашивается быстро, ибо нам уже готовы одежды прочные».
      Еще говорил: «Вы привыкли бояться смерти, ибо вам не говорили о переходе в Мир лучший».
      Еще говорил: «Нужно понять, что добрые друзья и там будут трудиться вместе».
      Так постоянно Великий Путник учил вечности и силе мысли. Но такие Заветы были поняты лишь немногими. Даже невозможно представить, как мало было число запомнивших слова Учителя! Между тем, Он умел говорить кратко и просто.
      У Нас особенно ценят уменье сказать кратко. В пространстве такие иероглифы высекают очень четкие знаки.

Надземное т.I, 165. Урусвати знает, сколь разнообразные свойства требуются для совершенствования, иногда такое собрание свойств даже трудно объять разумом человеческим. К примеру, возьмем неукротимость Навина, который вел необузданный народ. Он должен был не увлекаться прекрасными заданиями, но сосредоточить волю на водительстве, которое было сопряжено с непрерывными опасностями не только для него, но и для всего народа.
      Можно представить себе пастуха, стремящегося провести стадо через заросли. Сколько ветвей ему нужно сломать, чтобы продолжить путь! Сколько камней нужно столкнуть с горы! Пастух имеет задачу довести стадо до темноты, но много зверей угрожают, и топор пастуха не излишен — таков путь вождя. Он накопит отвагу, решимость, стремительность и самоотверженность.
      Теперь посмотрим и другой путь вождя ума и созидателя, именем которого назван целый век лучших достижений. Век Перикла остался одним из самых утонченных явлений. Наука и творчество легли в основание стремления народа. Перикл знал и восхождение, и удары судьбы. При нем собраны были лучшие умы. Такие философы оставили человечеству целую эпоху мысли. Между друзьями Перикла можно назвать и Великого Путника, который впитал незабываемое очарование века знания и красоты. Такие основы также утверждают самоотверженность и устремляют к подвигу.
      Можно заметить, как скрепляются лучшие духи, чтобы потом встретиться на пашне труда. Нужно очень внимательно присматриваться к накоплениям различных качеств, в этой последовательности можно находить черты мирового зодчества.

Надземное т.I, 174. Урусвати знает, насколько превратно толкуются символические выражения. Одно можно напомнить, что исторические слова о битье в левую и в правую щеку породили много заблуждений. Действительно, если сказанное принять телесно, то получится бессмыслие. Но завет был дан в духовном смысле. Именно, при равновесии внутреннем не могут вредить попытки зла. Сам Великий Путник принимал человеческое достоинство и знал из Учений Индии, что никто не может поколебать дух человеческий.
      У Нас очень признают за особое достижение, когда и в удаче, и в неудаче человек неуклонно стремится к избранной цели. Но для этого нужно избрать цель и понять, что вне ее нет продвижения. Из такого убеждения складывается подвиг. Требуется некоторый подвиг от каждого человека. Само понятие подвига должно быть зовущим, но не устрашающим.
      Еще Он учил о качестве подвига: «Каждый улучшающий качество труда своего уже совершает подвиг. Даже если он действует ради себя, он не преминет принести и другим пользу.
      Труд имеет качество в себе такое, что любой получит от него пользу. Не только в земном мире радуются качеству труда, но и в Тонком Мире наблюдается особое внимание к прекрасному труду».
      И еще говорил: «Вы по восходу судите обо всем дне. Вы замечаете, когда восход облачен или ясен, когда Солнце красно или туманно.
      Также и в жизни уже с детских лет можно предвидеть развитие существа человека. Можно наблюдать, как заложено в нем все, что обнаружится позднее. Кто любит с детства трудиться, тот и останется тружеником».
      Природа труда или праздность заложены в прошлых жизнях. Многие пребудут в Тонком Мире и не научатся радоваться труду, Утверждаю, что качество труда складывает и дальнейшее восхождение. Ошибочно думать, что лишь цари восходят, а пахари нисходят. Качество труда может быть достигаемо в любом состоянии.
      Также учил Он о превосходстве знания над невежеством. Знание есть следствие великого труда. Не может народ успевать, если не будет спешить в познавании. Но лишь немногие могут помочь народу в познании, и тем лицам воздадим почитание. Каждый из них не только прочел уже написанное, но вложил каплю и своего познания. Такая капля есть дар Беспредельности.

Надземное т.I, 179. Урусвати знает, как осуждают люди уход из земных сфер в дальние миры. Люди называют это отступничеством и даже трусостью, ибо полагают, что пусть все погибают с Землею. При таких суждениях забывают, что могут быть самоотверженные герои, которые устанавливают космическое равновесие. Они также являются спасителями человечества утверждением пути надземного.
      Назовем Стремительным Светом того, кто предпринял труд в дальнем мире среди необычных условий. Такую нелегкую задачу нужно считать подвигом. Не случайно, но в долгом и глубоком мышлении решил Мыслитель принести познание свое с новой планеты. Нельзя назвать Его отступником, наоборот, Он понял, что идеи управляют миром и мысль не имеет пределов, таким образом сложилось уявление нового общения.
      Конечно, в таком уходе в дальний мир не будет ново само обстоятельство ухода, ново будет сознательное отношение и принятие на себя столь ответственной задачи. Мир дальний Учителю не может быть легким даже по физическим условиям, особенно же при сохранении сотрудничества с Братством.
      Лучи земные не могут при их состоянии быть легкими. Планета больна, и равновесие нарушено. При обычных земных общениях могут воздействовать всевозможные условия, но тем непомерно сильнее разница атмосферы дальнего мира.
      Учитель уже давно помышлял о дальних мирах. Он дал продать себя в рабство, чтобы тем скорее завершить земной путь. Он полностью испытал земные напряжения и успел во время последней земной жизни собрать обширный опыт. Можно назвать замечательных современников, с которыми Он общался и закалял мысль.

Надземное т.I, 188. Урусвати знает, что продолжительность человеческой жизни в значительной степени зависит от желания жить. Мыслитель говорил: «Жизнь продолжается, пока сам человек хочет оставаться на Земле. Даже опасные болезни могут быть пресечены желанием человека. Будем ли мы посланниками или изгнанниками, или ссыльными с высших сфер, мы должны охранить дар жизни. Мы не можем своевольно прервать серебряную нить связи с Руководителями.
      Заблуждаются те, кто полагает, что после своевольного прекращения жизни они вернутся туда, откуда они посланы. Не нужно забывать, что вихрь пространства унесет далеко, как осенний лист. Но желание жить должно быть выражено сознательно. Человек должен знать, к чему он стремится и какое добро он спешит совершить. Пусть человек не забывает, что он имел на Земле поручение и должен его исполнить».
      Также говорил Мыслитель: «Умейте почитать муз, которые помогают вам сделаться героями. Музы проводят вас на подвиг, сопроводят вас в битве и в труде и встретят вас венками победы. Музы запечатлевают ваши подвиги и жертвы. Музы сделают ваши страдания прекрасными. Музы найдут вас в садах, украшенных деревами знания. Музы не покинут тех, кто чтит их. Так умейте служить музам, Привратницам Прекрасного». Так направлял Мыслитель человеческое сознание к Истине.

Надземное т.I, 195. Урусвати знает, что бездеятельная, сонливая земная жизнь препятствует продвижению в Тонком Мире. Центры нервные, которые имеют свои прототипы в тонком организме, не могут обостряться бездеятельностью.
      Мыслитель говорил: «Можем ли доверять военачальнику, не бывшему в бою? Можем ли знать качество корабля, не спущенного в море? Истинно, пусть будут благословенны напряжения сил и труд, которые приучают нас к высшему пониманию. Нельзя подвинуться, не приведя в движение мускулов. Нельзя возвыситься без обострения сознания. Только в труде мы познаем тот трепет, который научает нас встретить высших Руководителей.
      Когда встречу Их, найду силу спросить — все ли задание было выполнено? Они скажут, где мы преуспели и где отстали. В земном существовании мы редко распознаем указы Руководителей. Лишь слабым дуновением доносятся к нам громоносные приказы и предостережения. Мы ощущаем трепет от великого Присутствия, но слова нечасто претворяются в нашу речь».
      Также говорил Мыслитель: «В человеческом организме заложены ритм и гармония, но мы должны открыть их, потому музыка будет важной частью образования. Без ритма и гармонии мы не сумеем войти в высшие сферы. Вселенная живет движением, которое обусловлено ритмом. Но люди не понимают, что биение сердца есть символ мирового движения». Так Мыслитель устремлял внимание к Высшим Мирам.

Надземное т.I, 196. Урусвати знает, что ненавистники пытаются разрушить даже неистребимое. Был день, когда глашатай от имени старейшин оповещал афинян, чтобы под страхом изгнания никто не смел произносить имен Перикла, Анаксагора, Аспазии, Фидия и друзей их. Чернь, наученная старейшинами, требовала уничтожения Зевса Олимпийского, крича, что это изваяние напоминает им ненавистного Фидия. Если имена обвиняемых встречались на рукописях, напуганные граждане спешили сжечь их, хотя бы это было ценнейшим произведением. Осторожные избегали проходить мимо домов названных людей. Льстецы торопились писать эпиграммы, в которых под обидными символами изображали крушение Перикла. Анаксагор изображался в виде осла, кричащего на площади. Знаете и о смерти Сократа.
      Мыслитель говорил: «Знаем имена Перикла, Анаксагора, Аспазии и Фидия, но не знаем судей, их осудивших. Мы помним изваяния Фидия, но не знаем покушавшихся на них. Будем думать, что этот позор человечества произошел в последний раз, но такая дума будет лишь мечтой.
      Человек — общественное животное, но стада человеческие не умеют мирно пастись, рога не могут употребляться лишь на защиту. И волы могут нередко служить примером. Явление мысли пусть направляет человека к Беспредельности».
      Также говорил Мыслитель: «Руководители заботятся о сохранении Прекрасного. Фидий ввержен был в темницу, тем самым человечество ввергло себя во тьму. Люди будут изумляться своей жестокой судьбе, но разве не они сами заслужили ее?»
      «Старейшины, гонители правды, имена ваши стерлись, но груз обратился в тягость. Сейчас мы встретили прокаженного, он не помнит, какую правду он попрал», — так предостерегал Мыслитель. И каждый из Нас, в свое время, на своем наречии произносил те же слова. Люди не любят слушать то, что они заранее решили не исполнять. В час жестокой братоубийственной резни люди поминают Христа, тем кощунственнее будет такое поношение. Лжесвидетели будут клясться на самых священных предметах повторно. Люди не будут страшиться произносить ложную клятву и насмехаться над верою соседа. Найдут время и для хулы, и для поношения, а сами трудиться не умеют! Они иногда думают и об общине, но не умеют даже в своем обиходе приложиться к общему делу.
      Урусвати знает, как невозможно разрушить неистребимое.

Надземное т.I, 197. Урусвати знает, как много истинных благодеяний остаются непроизнесенными. Человек бросается в море, чтобы спасти своего ближнего, это большое самопожертвование. Но не меньшее самопожертвование будет в том, чтобы предотвратить несчастье. Много труда полагается на отвращение явлений несчастья. Много пожаров потушено, но не меньше предотвращено. Никто не узнает, как пришло спасение, ибо он даже не подозревал грозную опасность. Он никогда не подумает, кому он обязан спасением.
      Мыслитель говорил: «Поблагодарим наших невидимых спасителей. Почему мы знаем, что сейчас нас не нужно от чего-то спасти? Разве мы знаем, что грозит нам? Мы считаем день спокойным, но не оглядываемся назад и не видим ядовитую ехидну. Но она поползла назад, кто-то ее отогнал. Скажем благодарность невидимым спасителям.
      Никто не может утверждать, что пространство вокруг нас пусто, наоборот, мы чуем нашим сердцем незримые присутствия. Кто зовет нас, кто обнимает нас дуновением, кто наполняет нас радостью или печалью, кто посылает нам решение? Неразумный скажет — во всем я сам. Неразумие делает человека самомнительным. Мудрее сказать — сам я приложу все мои силы, но приму признательно каждую незримую помощь.
      Будет время, когда человек произнесет в Афинах слово и немедленно получит ответ из Коринфа. Люди овладеют пространством и признают наполненность его».

Надземное т.I, 209. Урусвати знает, что всеначальная энергия проявляется искусственно и естественно. Каждый понимает, что естественное действие выше искусственного. Но именно об искусственном действии написано гораздо больше, нежели об естественном. Нельзя отрицать, что искусственное проявление изучено подробно, начиная от времен древних. Но теперь, на границе двух эпох, пора обратиться к естественному методу проявления всеначальной энергии.
      Человек древних времен был много грубее, и для касания тонких энергий требовались механические ритмы и ритуалы. Теперь же, когда нервная система значительно утончилась, можно вспомнить, что воля и мысль суть естественные атрибуты человека — так они должны быть использованы естественно.
      Не мудро возбудить мысль наркотиками, ибо такие дикие способы отзовутся на будущих поколениях. Можно сказать, что насильственные возбудители равняются по вреду самому тяжкому заболеванию. Разница лишь в том, что заболевание может отозваться быстрее, но наркотики зато отзовутся во многих поколениях. Человек мало думает о будущем и не желает принять в нем участия.
      Мыслитель говорил: «Не знаем, для кого мы строим крепость, но если бы мы догадались, что слагаем ее для себя, наверно, лучше обточили бы камни. Не следует радоваться, что мы кончили земную жизнь. Никто не знает, где мы должны будем снова трудиться. Пусть старейшины подумают, где заплатят они по счетам».

Надземное т.I, 214. Урусвати знает, насколько не осознано человечеством понятие ритма. Древнее учение о ритме утеряно. Новое понимание сведено к грубейшему танцу и музыке. Ученые говорят о вибрационном ритме, но эти заключения не выходят за пределы лабораторий. Но ритм должен выражаться во всей жизни, во всей работе, во всем творчестве. Лишь опытные работники понимают, насколько производительней труд ритмический.
      Истинно, труженик карма-йог без всякого насильственного напряжения знает радость ритма. Карма-йог трудится не потому, что его кто-то заставляет, но он не может жить без труда. Эта йога очень связана с ритмом. К сожалению, в обиходе нечасто встречается такое сотрудничество, самоизвлекающееся и неисчерпаемое. Лишь ярко выраженный ритм сливается с такими же созвучиями во всех земных странах, получается своеобразная взаимопомощь. При незримости такая помощь будет истинной гармонией.
      Кроме того, каждый труженик имеет помощь от Тонкого Мира. Люди весьма преуспеют, когда они поймут такие незримые сотрудничества. Насмешники скажут: «Неужели и плотники, и жнецы, и каменщики получают помощь из Тонкого Мира?» Насмешка неуместна, именно каждый желанный труд получает помощь. Люди должны задуматься над неистощимым запасом энергии в Тонком Мире.
      Еще скажу одну истину, мало понятую. Люди горюют, когда идеи их подхватываются и используются. Но, в сущности, каждое распространение полезных идей должно радовать. Но до такой радости большинство не доросло.
      Мыслитель говорил: «Идеи легкокрылы. Радостно выпустить птицу из клетки. Пусть будет также радостно выпустить и идею спасительную. Мысль должна напитывать пространство, иначе люди будут без возможности продвижения. Освободим идеи от всех тенет и всех оков. Не будем ждать тюремщиков, но сами поможем освобождению».

Надземное т.I, 219. Урусвати знает о неповторимости тончайших сочетаний. Однажды Мыслитель заметил, что слушатели недостаточно вняли о неповторимости. Он взял большое бронзовое зеркало и покрыл его ровным слоем песка. Затем по краю зеркала начал выстукивать различные ритмы, от которых песок складывался в разные узоры. После Мыслитель предложил ученикам повторить те же ритмы и достичь тех же узоров. Конечно, никто не мог сделать этого.
      Мыслитель сказал: «Слова не всегда убеждают, но самый простой пример покажет, насколько щедра Природа. Не может быть повторимости в великолепии Природы. Закон един, но выражения его бесчисленны. Вы не могли повторить узоров по тысяче причин, но прежде всего потому, что космические условия уже изменились. Такие тончайшие сочетания должны вас радовать, ибо они показывают и беспредельность ваших возможностей. Все движется, и ничто не повторяется. Это условие нужно применить во всей жизни.
      Вот дам вам совет, но он будет хорош для применения без промедления. Вряд ли будет своевременным лекарство, принятое через год после предписания. В сокровенных хранилищах можно найти множество неиспользованных советов. Стрелку говорят: «Скорей, не упусти птицу!» Но рука замедлила, и стрела напрасно рассекла пространство и, может быть, принесла смерть там, где она не предполагалась.
      Если бы человек усвоил закон неповторимости, он продвинулся бы яро к совершенствованию. Омертвелый разум шепчет — день каждый не отличается от предыдущего. Вы можете постоянно слышать такие жалобы, но каждый миг различен. И ваше сознание никогда не вернется к бывшему состоянию, даже если вы допустите отступление сознания, оно будет пятиться не прежним путем. Беспредельность в Макрокосмосе и микрокосме. Даже невозможно повторить песню, ибо каждый раз условия будут иные. Попробуйте вернуться в город, где не были много лет, — все покажется иным. И ваше сознание никогда не вернется к прежнему представлению.
      Некоторые печалуются о неповторимости, но истинный человек будет ликовать, ощущая движение».
      Так ободрял Мыслитель. Так можно видеть яркое применение этих основ в Братстве. Привожу вам слова Мыслителя, ибо знаете, как Он потрудился для Братства.
      Если кто скажет — хочу лишь слушать Великого Путника, он будет ограничивать себя. Мы ценим, когда вы всем сердцем любите Великого Путника, но сердце может быть неистощимым. Но можно ли заглушать порывы сердца, когда вы слышите о трудах на благо человечества?
      Полная преданность, полный подвиг наполняют дух несломимым самоотвержением. Самоотвержение есть крылья к Братству.

Надземное т.I, 229. Урусвати знает о движении закона кармы. Можно наблюдать, как карма постигает не только прямого преступника, но и всех косвенных соучастников. Не лишено справедливости речение, что за некоторое злодеяние одного человека страдает целый народ. Не учение о мести, но свойство духа связывает много сообщников. Кто может сказать, где кончается сродство крови? Кто может определить, где заключалась главная причина? Кто может судить, кто словесно и кто мысленно больше способствовал преступлению?
      Никто не хочет помыслить, как широко двигается карма, и никто не поищет в чаше накоплений, как он явился соучастником преступления. Мы можем лишь напомнить о законе, но свободная воля должна избрать свой путь.
      Урусвати часто слышит, как ужасается Сестра О. Обычно Она горюет, видя, какую жестокую карму слагают люди, не желая помыслить о сущности творимого ими.
      Люди очень полюбили слово «карма». В разных частях света они повторяют его, но не желают понять его значения. С легкостью утверждают о творении кармы, но не принимают мер для освобождения от нее. При этом всегда высказывается уверенность, что где-то существуют Владыки кармы, и Они не поленятся изменить даже самую тяжкую карму.
      Никто не думает, что закон не может быть нарушен без особых усилий с обеих сторон. Человек предпочитает и делом, и помыслом творить карму, а там за горами должны освободить его от самых тяжких последствий.
      Люди, когда говорят о карме, уподобляются детям. Кто-то должен рассчитаться за их проделки. Рост кармы не затрудняет людей, но зато они впоследствии умеют жаловаться и негодовать, тем лишь усиливая поток следствий. Среди Наших трудов немалое место занимает сопровождение людей на пути кармы. Мы не можем сказать против закона, но все же готовы в пределах возможности намекнуть, где лучшая тропа.
      Мыслитель среди своих долгих жизней не уставал предупреждать людей. Многие ощущали Его заботливые касания, но мало кто старался понять Его призывы. Мыслитель очень грустно улыбался, когда слышал людские рассуждения о карме. Иногда Он говорил: «Пусть меньше поминают этот закон, но живут чище».